Цвет крови (2 стр.)

Тема

Чернокожие, блюстители традиций ислама, истощенные нищетой и соблюдением Рамадана тела, оливковые и бледно‑розовые лица, запах вареных отрубей, аромат острых специй въелись в золотисто‑красные цвета города неким подобием византийской мозаики.

Новая география города осложнила жизнь Марко. Маленькие радости, например, ночные прогулки после работы в редакции, теперь стали опасны. Конечно, ему не хотелось поддаваться охватившим общество антииммигрантским настроениям, – хотя бы потому, что чувство ненависти к ним питалось идеями, слишком примитивными для его интеллектуальной натуры. Однако, с другой стороны, африканизация квартала сопровождалась постоянным ощущением угрозы, исходящей от непривычных жестов, лиц, сочетаний цветов.

Неприятное чувство усилилось, когда Марко заметил, что африканец следует за ним. Он прибавил шагу – слегка, чтобы не выдать своего волнения, и запретил себе оборачиваться. Этот тип явно его нагонял.

Наконец Марко поравнялся с «вольво». Припаркованная на улице машина была развернута к нему капотом. Он резко соскочил с тротуара. Теперь машина находилась между Марко и его преследователем. Быстро открыв дверцу, он сел в салон и заблокировал двери. Почувствовав себя в безопасности, Марко смог получше разглядеть своего противника, затормозившего на тротуаре.

На вид ему было лет двадцать. Более точно определить возраст было непросто. Передние зубы отсутствовали. Очень густые и кудрявые волосы, наверно, не давали голове намокнуть даже под проливным дождем. Характерные черты лица выдавали в нем бедуина. Он что‑то сжимал в кулаке: вполне возможно, нож с выбрасывающимся лезвием. Несмотря на худобу, парень выглядел сильным и гибким. Марко же, при своем росте в сто семьдесят пять сантиметров, стройный, но не обладающий мускулатурой, вдруг ощутил себя слабаком.

Он завел мотор и повернул колеса, но молодой араб преградил ему дорогу, ворча какие‑то непонятные слова. Разрываясь между нежеланием покидать машину и боязнью навредить парню, Марко начал продвигать «вольво» вперед, пока араб с криками не отступил в сторону. Машина, наконец, тронулась. В зеркале заднего вида блеснуло что‑то, наполовину скрытое в руке молодого человека.

Капитан Пьетро Кау пытался разглядеть лежавшее внизу под откосом голое тело, возле которого копошились два эксперта‑криминалиста. Труп лежал так, что голова его, наполовину зарытая в гравий, оказалась ниже ног. Отсюда было видно, что с мужчиной расправились самым зверским образом. Как сказали ему двое полицейских, у трупа был вырезан живот. Кто‑то возненавидел этого беднягу до такой степени, что полностью вырвал его внутренние органы, желудок, печень и желчный пузырь. На месте живота в теле зияла кровавая полость.

Оглядевшись вокруг, Кау попытался отвлечься от жертвы и сконцентрироваться на осмотре места преступления. Они находились внутри искусственного грота. Этот грот представлял собой часть шахты, где добывали гипс, закрытой еще в конце 70‑х. Попасть в него можно было только через железные ворота, на которых обычно висел тяжелый замок, сейчас кем‑то срезанный. За воротами открывался своеобразный амфитеатр с четырьмя природными арками по бокам. Своды амфитеатра образовывали купол. Дно грота находилось намного ниже входа в него и представляло собой несколько воронок, заполненных камнем и гравием. Задняя часть грота была засыпана щебнем, вероятно, еще со времени закрытия шахты.

От одной из арок вглубь была прорыта дорога, пройдя по которой – как объяснили Кау – и минуя множество узких и крутых поворотов, можно было добраться до помещения, расположенного на глубине ста метров под землей. Самой глубокой части бывшей шахты.

Тело нашли в котловине близ входа в шахту. Его обнаружили два охотника: где‑то около семи утра они проходили мимо железных ворот и заметили, что замок взломан. Войдя, охотники практически сразу увидели в глубине одной из воронок сначала ноги, а затем и безжизненное тело, слегка присыпанное землей.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора