Слишком много убийств (2 стр.)

Тема

В ту же секунду раздался громкий звук — не то рев, не то свист; предплечья и грудь Эвана охватила жуткая боль; мелькнула мысль, что его укусил тираннозавр. Парень бросил брикет денег и попытался схватить то, что в него вцепилось. Пальцы коснулись холодной стали — не одного, а целого ряда кинжалов, вонзившихся в его плоть между костей.

У Эвана перехватило дыхание, потом он закричал — пронзительно и хрипло, не понимая, почему его рот вдруг наполнился пеной. Он кричал, кричал, кричал…

Вопль проник в комнату, но услышать его было некому. В коридорах по-прежнему стояла тишина — архитектор знал толк в звукоизоляции, а бюджет позволял на нее не скупиться. В самом деле, не могут же Парсоны позволить, чтобы дарованные ими скульптуры работы Родена и Генри Мура ютились в каких-нибудь бараках.

Эван Пью умирал два часа. Кровь медленно покидала его тело, ноги отказывались служить, дыхание становилось все более прерывистым. Перед тем как сознание покинуло Эвана, он успел подумать, что, по крайней мере, полиция найдет рядом деньги и письмо Говоруна.

— Не может быть! — воскликнул капитан Кармайн Дельмонико. — А день еще не кончился. Скажите кто-нибудь, ради Бога, который час!

— Полседьмого скоро, — донесся из шкафа голос Патрика О’Доннелла. — И тебе это хорошо известно.

Кармайн вошел в дверцу — пружину с нее уже сняли, — и его глазам предстала сюрреалистическая композиция вроде тех, что выставляют в восковом музее ужасов. Патси поместил в шкаф два небольших «солнечных» прожектора взамен тусклой декановой лампочки, и первое, что увидел Кармайн в их пылающей белизне, было свешивающееся с низкого потолка обмякшее тело парня, плечи и грудь которого безжалостно сжимало нечто напоминавшее челюсти белой акулы, только не из плоти, а из ржавой стали.

— Господи! — выдохнул Кармайн, осторожно осматривая тело, насколько это позволяло пространство шкафа. — Патси, ты когда-нибудь видел что-то подобное? Что это такое, черт меня подери?

— Здоровенный медвежий капкан, по-моему, — предположил Патси.

— Медвежий капкан в Коннектикуте? По эту сторону Скалистых гор медведей уже лет сто как не видели, разве что в Канаде или какой-нибудь глуши, — сказал капитан, присматриваясь к зубьям, многие из которых вошли в тело до отказа. — Хотя, — добавил он, поразмыслив, — может, у кого и завалялась такая штуковина в сарае.

Кармайн отступил в сторону, позволяя Патрику закончить осмотр, потом оба взглянули друг на друга.

— Придется снять его вместе с капканом, — сказал Патрик. — Слишком опасно разжимать его здесь, в шкафу. Пружина, похоже, такой силы, что если не удержишь, то как раз руку отхватит. Я вижу, потолок тут гораздо ниже, чем в комнате, значит, где-то должна проходить балка. Занятно.

— Прикручено не шурупами, а болтами, — заметил Кармайн, — значит, балка есть. И что теперь? Выпиливать бензопилой? Рушить здание?

Он заметил сверток в прозрачном пакете и нагнулся.

— Хм… Все страньше и страньше, Патси. Если только это не «кукла», то тут полно денег. Приманка для жадных. Парень видит ее, хватает и в буквальном смысле попадается в ловушку.

Разобравшись с этим, Кармайн осмотрел сам шкаф, мечту студента, ставшую явью. Четыре с лишним метра в длину и почти метр в глубину, ряд выдвижных ящиков, открытые полки, основное же пространство отдано под коробки и всевозможный хлам, которым обычно богаты студенты. Место под капканом свободно — очевидно, хозяин шкафа любил порядок.

— Поставлено со знанием дела, — сказал Кармайн. — Болты явно вкручены в перекрытие или балку — капкан не сдвинулся ни на йоту, когда сработала пружина.

— Ну, теперь его, по крайней мере, можно безопасно снять. Ты все посмотрел?

— Думаю, да. Ты сам-то веришь в происходящее?

— Нет. Это уже двенадцатое за восемнадцать часов.

— Увидимся в морге.

Сержанты Эйб Голдберг и Кори Маршалл — помощники Кармайна — с ошеломленным видом стояли у письменного стола Эвана Пью.

— Двенадцать, Кармайн? — спросил Кори.

— Двенадцать. И почти все разные. Хотя этот случай заслуживает главный приз. Медвежий капкан. Паренек щуплый, так что ему хватило.

— Двенадцать! — присвистнул Эйб. — Двенадцати убийств за день в Холломене еще не бывало. Максимум четыре, когда байкеры устроили перестрелку на стоянке у Чабба. Но там все было просто и даже не особенно удивительно. То дельце ты распутал за неделю.

— Похоже, тут я так быстро не справлюсь, — мрачно сказал Кармайн.

— Это точно, — в один голос подтвердили оба сержанта.

— Ну, убийства-то не все на тебе, — утешил шефа Эйб. — Микки Маккоскер со своими ребятами, правда, целиком ушли в наркотики, зато Ларри Пизано уже занимается огнестрелами. Три долой, остаются только девять вместе с этим.

— Они все на мне, Эйб, и ты это знаешь. Я капитан детективов. А значит, и вам работа будет, каждый возьмет себе по жертве — вы мои методы знаете лучше, чем ребята Ларри. — Кармайн нахмурился. — Только не сегодня. Отправляйтесь домой, поешьте нормальной еды и хорошенько выспитесь. Встречаемся завтра в девять в комиссариате, идет?

Сержанты кивнули и вышли.

Кармайн еще немного походил по относительно просторной для студенческого общежития комнате, отметив явное несоответствие между половиной, принадлежавшей убитому, и той, которой распоряжался Том Уилкинсон — молодой человек, его обнаруживший.

Сейчас Уилкинсон ждал в своем временном пристанище, отведенным ему деканом; шкаф завесили простыней, и юноша под присмотром одного из помощников Патси забрал свою одежду, книги и прочие необходимые ему вещи. Кармайн пробежал глазами опись, составленную ассистентом, и вернулся к осмотру комнаты. Будь посреди нее проведена черта, граница, разделяющая владения жильцов, не могла бы быть более очевидна. Том не отличался любовью к порядку и чистоте, а Эван, напротив, был ими одержим. Даже записки на пробковой доске висели ровно и аккуратно. Никакого намека на причину убийства выудить из них не удалось. Обычные напоминания — забрать вещи из химчистки, купить марки, носки, писчие принадлежности. Все фотографии из мест, значительно более теплых, чем Холломен, — пальмы, пляжи, ярко окрашенные дома. И еще мужчина и женщина перед особняком, оба лет за сорок, излучающие благополучие, он в костюме, она — в вечернем платье.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке