Гнурры лезут изо всех щелей (2 стр.)

Тема

Он собирал материалы для собственной книги, которую хотел назвать так: «Меч и пика в войнах будущего». Читая вслух о достоинствах бенгальского копья, он умолк на полуслове.

— Мисс Хупер, — обратился он к секретарше после продолжительной паузы.

Кэти Хупер фыркнула. «Если шефу столь по душе официальный тон, — подумала она, — почему бы ему не обращаться к ней по званию — сержант? Для других старших офицеров она всегда была „милочкой“ или „дорогушей“, во всяком случае, наедине. „Мисс Хупер“ — подумать только! — Она снова фыркнула и отозвалась:

— Да, сэр?

— Мне в голову пришла одна важная мысль! — заявил полковник и высморкался, чтобы освободить голову от других, не столь важных, мыслей. Он стал диктовать:

— Я выдвигаю следующий принцип. Тяга к так называемому «научному» вооружению — серьезная угроза безопасности Соединенных Штатов. Пренебрегая непреложным опытом войны, мы создаем одно оружие за другим, создаем оружие против оружия, против этого противо-оружия изобретаем противо-противо-оружие, и так без конца. Вооруженные до зубов ошибочными теориями и нелепыми доктринами, мы вскоре окажемся беззащитными — вы слышали, мисс Хупер? — беззащитными…

Мисс Хупер хихикнула и сказала:

— Да, сэр!

— …перед вторжением Нового Аттилы! — повысил голос полковник. — Перед натиском современного Чингис-Хана, пусть еще не родившегося на свет, который сметет нашу лязгающую технику, как мякину, и сколотит себе империю с помощью кавалерии! Миллион конных мужиков способен…

Но мисс Хупер не суждено было узнать, на что способен, а на что не способен миллион конных мужиков. В приемной кто-то пронзительно взвизгнул. Распахнулась дверь. В кабинет, будто его катапультировали, влетел толстенький офицер. Возле стола он с трудом остановился, выпрямился и неумело отдал честь.

— О-о-ох! — только и сказала Кэти Хупер, округлив огромные синие глаза.

Лицо полковника стало каменным. Молодой офицер, набрав в легкие воздуха, крикнул:

— Боже мой! Сэр! Получилось!

Будучи научным сотрудником, мобилизованным в армию, а не строевым офицером, лейтенант Хансон совершенно забыл о субординации. Прежде чем войти в кабинет, он не постучал. И он… Он…

— МИСТЕР! — взревел полковник Поллард. — ГДЕ ВАШИ БРЮКИ?

Брюками лейтенант не располагал. А также туфлями и носками. И рваные полы рубашки едва прикрывали изодранные в клочья трусы. Посмотрев на свои голые конечности, лейтенант вздрогнул.

— Мои брюки… их съели! — выпалил он. — Именно это я и хотел вам сказать. В приемной сидит старик, ему около восьмидесяти… он… он мастер на фабрике, собирает часы с кукушкой. Он изобрел абсолютное оружие! И оно действует, действует, действует! «Гнурры лезут изо всех щелей»! — пропел он, хлопая в ладоши.

Полковник Поллард встал, обошел вокруг стола и как следует встряхнул лейтенанта Хансона.

— Позор! — крикнул он ему в ухо. — Отвернитесь! — скомандовал он покрасневшей Кэти Купер. — Чушь! — рявкнул он, когда лейтенант снова залепетал о гнуррах.

— Что есть чушь, зольдатик? — осведомился стоявший в дверях Папа Шиммельхорн.

— Гнурры — чушь! — хихикнул лейтенант и, указав дрожащей рукой на полковника, добавил: — Это он так считает.

— Хо! — Папа Шиммельхорн сверкнул глазами. — Я показать тебе, зольдатик!

Полковник взорвался.

— Зольдатик?! Зольдатик?! А ну, встань «смирно» перед старшим по званию! Смирно, черт побери!

Разумеется, Папа Шиммельхорн не встал по стойке «смирно». Он поднес к губам свое секретное оружие, и в кабинете зазвучал нежный мотив «Ты в церковь приди, что стоит средь дубрав».

— Мистер Хансон, арестуйте его! — вконец осерчал полковник. — Отберите дудку. Я могу слушать только трубу, зовущую в атаку.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке