Лучшая работа на Земле — работа на Марсе! (3 стр.)

Шрифт
Фон

К середине второй бутылки вискаря Игорь спросил в лоб:

— И когда ты решишь сказать мне, к чему все эти любезности?

Артем поморщился.

— Скажи, Игорь, — прищурился он поверх наполненной рюмки, — а насколько глубоко ваши шерстят кандидатов?

Теперь прищурился Игорь.

— Достаточно. Знаешь, Артем, — Игорь говорил медленно, будто взвешивал на разновесах каждое слово, — у нас очень серьезная контора. С довольно специфическим внутренним укладом.

— Красиво заплетаешь, — улыбнулся Артем.

— Годы тренировок. — Игорь хмыкнул. — Так все-таки, чего ты хочешь?

— Вот, посмотри. — Артем на мгновение заглянул в очки визора и в два движения отправил файл на кухонную видеопанель. — Пять из семи основных показателей выше среднего, — в голосе Артема звякнула нотка гордости.

Игорь коснулся панели кончиком пальца и, не поверив, приблизил четвертую строчку медицинского сертификата профпригодности:

— Девяносто три и восемь? Я думаю, людей с такой генетической устойчивостью к остеопорозу не то что у нас — в мире пара сотен от силы. Это ж как в лотерею выиграть!

— Но есть нюансы. — Артем ткнул пальцем в крестик на экране, и панель погасла. — Моя мать была казашкой.

Игорь помолчал. В наступившей тишине Артем налил им обоим.

— Ты упоминал об этом, — снова взялся за разновесы Игорь, — в официальных документах?

— Только раз, — пододвинул стопку Артем.

— До введения уни-паспортов?

Почему-то Артем вдруг ощутил себя на допросе, а его замызганная кухня превратилась разом в дознавательную комнату опорного полицейского участка.

— До, — кивнул Артем. — Я заполнил всего одну анкету. В военкомате.

Игорь задумался. Райвоенкомат вместе с архивом сгорел еще до отправки Игоря в постоянно действующие части. Казахов на карандаш тогда еще не брали, и, если сидящие на офисных должностях бальзаковские дамы халатно подошли к электронному делопроизводству, шанс, пусть и не большой, оставался.

— Понимаешь, Артем, — сказал после долгой паузы Игорь. Начало хорошего не предвещало. — Тут дело не в том даже, что некоторые в нашем государстве равнее остальных. И будь у тебя в роду грузины, таджики или эстонцы, ничего бы не изменилось. РосФобос держит патент на гелиевый реактор, а это уже вопросы национальной безопасности. Со всеми вытекающими консультантами из внешней разведки.

— Ты сам-то в эту хрень веришь? — Артем скривился в лицо товарища.

— А мне не за веру платят! — рыкнул Игорь. — У меня двое детей, Артем, — примирительно добавил он. — У меня семья. Нам есть что терять.

— Четверть пенсии, — сухо отчеканил Артем.

Игорь выпрямился.

— И чего ты хочешь?

— Устрой тестирование в головном офисе и сдвинь мою заявку вверх по списку, — будто о малости попросил Артем, — показатели-то позволяют.

— И за это ты отдашь мне четверть?

— Если меня не забракуют твои соратники. Если, — повторил Артем и улыбнулся как можно радушнее. Отсалютовал стопкой, выпил и уже на выдохе добавил: — Правда, я слышал, что есть и другие варианты. Именно в Медведьевске. А ты слышал?

Артему вдруг подумалось, что ровно такими глазами смотрел когда-то рядовой Крупнов поверх автоматного целика.

— Тридцать процентов, — натянул поводок Артем, и Игорь дрогнул, отвел взгляд. — И еще мне понадобится от тебя гостевое приглашение. На всякий случай, — добавил Артем и замер.

Глядя, как хмурятся брови и гуляют желваки Крупнова, Артем не пытался разгадать его мысли. Ему плевать было на мотивы, эмоции и интересы, что роились и сталкивались сейчас внутри помрачневшего Игоря. Что чувствовал и думал офицер службы безопасности РосФобоса по поводу официального четырехдневного приглашения неблагонадежного товарища в режимный Медведьевск, было несущественно для Артема. Важным оставался только ответ.

— Есть один человек, — медленно начал Игорь и в упор посмотрел на Артема. — Его называют Кудесником, — взгляд Игоря стал невыносимо тяжелым. Он ронял слова в пустоту, они падали и натужно входили гвоздями в одеревеневшее пространство кухни. — Говорят, он успешно решает вопросы подобного рода. За вот такие деньги, — Игорь кончиком пальца вывел на столешнице шесть цифр. — Это в юанях, — добавил он.

Кадык Артема дернулся. Игорь помедлил, выжидая ответа, и, так и не дождавшись, продолжил:

— Я устрою тебе встречу с Кудесником. Как вы там с ним договоритесь — это ваше личное. Если дело выгорит, ты отдашь мне сорок процентов.

На сорок Артем никак не рассчитывал. Делить шкуру не то что не убитого — не рожденного еще даже медведя было легко, но в словах Игоря содержалось столько уверенности, что в Артеме на секунду всколыхнулась жадность.

Игорь расценил молчание по-своему.

— Если тебя отбракуют, то в тот же день посадят на самолет. Суточная виза соискателя нам не подходит, тут ты прав. — Игорь внимательно смотрел на Артема. Словно сканировал малейшие движения мимики. — Кудесник — человек своеобразный, он устанавливает место и время. Я думаю, люфта в четверо суток хватит, но пригласить тебя к себе я не могу, сам понимаешь.

— И как тогда… — начал было Артем.

— Сорок процентов — очень большая сумма, — перебил Игорь. — Я пришлю тебе приглашение. Это моя проблема. Ничему не удивляйся и мне не звони. А когда приедешь — не звони вообще никому. У нас весь эфир пишут. Я сам тебя найду. И вот еще что, — тоном командира расстрельной команды сказал вдруг Игорь. — Если у тебя с Кудесником ничего не выйдет — давай без сюрпризов, договорились?

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке