Город Тьмы и Дождя (2 стр.)

Тема

Мне уже не весело, а очень плохо - откат после боевой химии умножает боль от ран, глушит мозги и все органы чувств, давит, словно прессом. Я пытаюсь молиться, потому что кроме божественного вмешательства меня уже ничто не спасет.

Господи, помоги, забери меня отсюда. Я хочу обратно, к 'ведроидным' планшетам, 'многополярному миру' и ю-тубу.

Я хочу домой...

Часть первая

Чужак

Глава 1

Можно сказать, все началось с того, что Сашган (вообще то Александр, но об этом давно забыли) взял в банке очередной кредит и купил себе, наконец, машину - европейский гибрид. После чего без лишних рефлексий решил махнуть 'куда-нибудь', просто так. Прокатиться с ветерком, почувствовать себя хозяином жизни, ровней которому только ветер и небо. Разумеется, Вика-Виктория, нынешняя пассия Сашгана, разделила с ним тяготы пути. Это было очень разумно с ее стороны, особенно с учетом того, как сама Вэ-Вэ заняла свое нынешнее место 'первой любимой жены султана'. Инга - вторая (или даже третья?) лучшая подруга Вики-Виктории - увязалась следом. И в свою очередь потянула своего нынешнего друга Алексея Постникова. Алексей же, в свою очередь, долго не раздумывал, поскольку в последнее время начал подозревать, что понятие 'друг' у них с Ингой толкуется по-разному, хотя и с общим корнем - то ли 'бойфренд', то ли 'френдзона'.

Вот так, долго ли, коротко ли, четверо москвичей - уже не слишком юных, но далеко не старых; не богатых, но в целом и не бедствующих; отягощенных разными жизненными заботами, но не сейчас, а в неопределенном будущем - занялись автомобильным туризмом. Путь их лежал к славному городу Туле, точнее, если быть точным, скорее в абстрактном направлении 'на Тулу'. Поскольку, как сообщил Сашган, где-то там у него жили какие-то сельско-загородные родственники, у которых можно зависнуть на неопределенное время. И вообще, почему бы благородным донам и доньям не прокатиться в славный город бесполезных самоваров и сугубо утилитарных пряников?

Дорога была свободной, можно сказать - почти пустой. Солнце уже явно клонилось к закату, но не настолько, чтобы можно было провести четкую грань между 'днем' и 'вечером'.

Сашган вел машину залихватски и с понтами - откинувшись на сиденье едва ли не в пол-оборота, одной рукой, причем рулил он даже не ладонью, а скорее запястьем. Ему вообще была свойственна некая эпатажность, стремление выделиться 'из толпы'. Уже второй год инженер-программист старательно косплеил то ли Джобса, то ли Гейтса (которого высокомерно называл не иначе как Бальдуром Гейтсом), что при квадратных габаритах и специфической картофелеобразной физиономии программера смотрелось довольно странновато. Он не вылезал из долгов, но при этом каким-то чудом всегда оказывался при деньгах и в хороших отношениях со всеми кредиторами (имя которым было - легион).

Поскольку, как уже говорилось выше, дорога-'четырехрядка' была почти пустой, Сашган не только рулил, но проповедовал самый что ни на есть махровый социал-дарвинизм.

- Бизнес всегда по природе своей сильнее наемных сотрудников, и это очень правильно, очень разумно! Серая масса и должна работать на износ, - вещал он, занимаясь одновременно тремя вещами - поправляя очки в тонкой металлической оправе, продолжая пафосную речь и выходя на обгон. Из-за специфического 'хвата' машина управлялась чуть дергано, поэтому Алексей невольно сжал челюсти и втянул голову в плечи. Требовать от джобсо-гейтсообразного водятла более аккуратной езды было бессмысленно, оставалось только утешаться парафразом вождя всех времен и народов - 'у меня нет для вас других водителей'.

- Должна! - для пущей выразительности Сашган повторил глубокую мысль. - Если человек не озаботился изначально вложиться в свое образование и будущее, то пусть мучается. Его страдания порадуют нас!

- Большинство с тобой не согласится, - вяло и без энтузиазма отбрехивался Постников.

- Да пошло оно, это большинство, - с чувством отозвался Сашган. - Я же говорю, серая толпа, возобновляемый ресурс дешевых нищебродов. А ценный работник, за которого бизнесмены едва ли не дерутся, будет работать совсем на других условиях.

- Мир хижинам, война дворцам, - опрометчиво пошутил Алексей. - Смерть буржуям-монополистам.

- Чушь! - фыркнул Сашган. - Правильно Гекко в 'Уолл-Стрит' говорил - 'Жадность это хорошо!'. И сегрегация, когда 'дворцы' отделяются от 'трущоб' - тоже хорошо. А если кто-то настолько крут, что смог стать всемирным монополистом - зачем ему мешать и искусственно уравнивать возможности? Любой барьер - это противоестественно, а соответственно неэффективно.

- Не факт, - буркнул Алексей с переднего пассажирского места. Только вчера он получил расчет за очередной объект, весьма доходный, но нервный и утомительный - работать пришлось на пятидесятиметровой высоте с очень сложным рельефом, постоянно страхуясь 'за анкера'. Поэтому сейчас, даже несмотря на близость Инги, Алексею хотелось закрыть глаза и подремать под ровный шум двигателя. Но Сашган не собирался прекращать проповедь, а заткнуть фонтан его косноязычного красноречия было бы подвигом выше человеческих сил.

- Вот! - возопил Сашган, потрясая свободной пятерней, будто овевая себя веером. - И ты отравлен этой гнилой идеей социальной справедливости! А я работаю, отстегиваю налоги, я не хочу оплачивать роскошную жизнь бездельников!

Вика-Виктория - ее с детства звали именно так - пискнула что-то неразборчивое, отнесенное ветром, что просачивался через приоткрытое окно. Похоже, одобряла мировоззрение любовника. Алексей прикрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от всего происходящего в салоне. Спорить не хотелось, говорить тоже не хотелось. Хотелось почувствовать себя котом - то есть наслаждаться безмятежностью и беззаботностью. Однако побыть бездумным и дремлющим котэ ему сегодня не светило.

- Олексий! - пафосно вымолвил Сашган. - Ну вот скажи, в чем я не прав?

- Во всем, - обрезал Алексей, делая последнюю, жалкую попытку поставить дымовую завесу и выйти из диспута, как эсминец под атакой линкора.

- Милый, ты же из промальпа, - неожиданно вступила в разговор Инга, сидевшая прямо за спиной не то бойфренда, не то 'просто друга' (именно это Алексей собирался однозначно выяснить в славном городе Туле).

Хочешь не хочешь, а пришлось расстаться с надеждами на дрему. Алексей потер лицо, будто пытался стереть паутину подкрадывающегося сна и согласился:

- Да, промышленный альпинизм.

Он наполовину развернулся, чтобы не говорить с девушкой через плечо. Инга была чудо как хороша вообще и особенно мила сейчас - миниатюрная, с прозрачно-голубыми глазами и легкими светлыми волосами, которые легко поглаживал легкий сквозняк. Прямо ожившая героиня аниме - дистиллированный кавай и полная мимимишность. Солнечный зайчик отразился от лобового стекла и прыгнул на ее розоватую щеку, уколол в глаз, заставив чуть сморщиться в трогательной и милой гримаске.

Инга качнула головой, будто прогоняя непрошенного солнечного гостя, улыбнулась - мягко, без тени кокетства, то есть с кокетством настолько неявным и искусным, что Алексей едва не прикусил губу в очередной попытке угадать - так все-таки получится или нет?.. Видимо ему предлагалось самому продолжить логическую линейку: нечастая и востребованная профессия - хорошая оплата - справедливость путаных и многосложных тезисов Сашгана. Только вот зачем?..

Пока Алексей думал, куда лучше вывести разговор, водитель воспринял паузу как согласие со своей речью.

- Вот, я же говорил, - проникновенно сказал он. - То есть...

Мотор, который раньше почти неслышно гудел под капотом, резко 'чихнул', засбоил, стуча чем-то металлическим и громким. 'Как сердце курильщика' - всплыло в памяти Алексея, наверное, из какой-то давно прочитанной и забытой книги.

- Что за хрень... - растерянно пробормотал Сашган, сразу забыв, что он крутой водила, который может рулить тачилой одним запястьем. Теперь он схватился за руль обеими руками, пытаясь удержать гибрид на полосе - машину ощутимо 'вело' и дергало. Вика-Виктория снова пискнула, на этот раз с нешуточным испугом. Алексей среагировал быстро и неосознанно, повинуясь рефлексу работника высоты - первым делом защелкнул замок ремня безопасности.

Сашган почти выровнял бег автомобиля и тут ожил радиоприемник или что там было установлено на приборной панели машины - Алексей автомобилистом не был и не разбирался во всех этих комплектациях. Салон наполнил странный звук, похожий одновременно на лязг траков и рокот бульдозера. А затем голос, принадлежащий скорее орку, нежели человеку, проорал так, что даже полуопущенные стекла завибрировали со звоном:

- КВАС!!! Он крут, как танк 'Иосиф Сталин'! Хлебни, йе-е-е-е-е-е-е!

- Что это? - спросила сзади Инга, с неожиданным спокойствием. Скорее всего она просто не успела испугаться по-настоящему и все еще не поняла - что-то не так. Что-то очень сильно не так...

А радио меж тем захлебывалось в грозном хрипе, где с трудом угадывалось:

- ... ядрен как ржавый трак ... трест пиво-воды! ... только настоящий гост!..

- Совсем варгейминги долбанулись, - пробормотал Сашган, наконец выровнявший автомобиль.

- Тормози, - бросил Алексей водителю. Но тот лишь прибавил газу, словно хотел компенсировать мгновения растерянности.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Похожие книги

1984
362.4К 59
Берсерк
214.1К 163