Охота на побежденных

Тема

Сюжеты о "попаданцах" из моды не выходят. Отдельным поджанром можно назвать "прогрессорство" - когда человек или группа людей попадает в прошлое, или другой мир, после чего начинает строить светлое технологическое будущее, используя знания современного человека. Приятный сюжет, но ни разу не встречал взгляда со стороны на деяние рук прогрессоров. Жили себе люди налаженной жизнью, и всему вдруг наступает п… прогресс. Причем не для всех, а лишь для избранных: племя принявшее прогрессора, отринув каннибализм, вооружается стальными копьями и дружно начинает насаждать соседним племенам демократические ценности (утрирую):-) 06.10.10

Содержание:

  • Смирнов Артур Сергеевич 1

  • Охота на побежденных 1

  • Глава 1 1

  • Глава 2 5

  • Глава 3 9

  • Глава 4 13

  • Глава 5 17

  • Глава 6 21

  • Глава 7 23

  • Глава 8 25

  • Глава 9 30

  • Глава 10 32

Смирнов Артур Сергеевич

Охота на побежденных

Глава 1

Омров не любили - даже те, ради кого они проливали свою кровь, относились к ним хуже, чем к шелудивым бродячим псам. Лишь пинки отвешивать не решались, что неудивительно - ну кто в здравом уме рискнет не то, что пнуть омра, а просто косо на него посмотреть? Нелегко решиться на столь безумное деяние, зная, что при самом благоприятном исходе останешься одноглазым - омры не любят, когда на них косятся и способны наказать нахальное око без промедления. Их боялись, ненавидели, тайно презирали и украдкой плевались вслед. И на это были многочисленные причины.

Жизнь на плоскогорьях Раввелануса неженке вряд ли понравится: скудные почвы каменистых долин; зимы с жестокими ветрами, примораживающими мясо к костям; сырые пещеры или подземные жилища с очагами, скудно подкармливаемыми высушенными экскрементами и отвратительным местным углем, испускающим тяжелый смолистый дым. За статус народа, оберегавшего Подступы, приходилось платить многочисленными жизненными лишениями. Главная радость омра - наесться досыта. Если говорить откровенно, то подобные события в жизни горца случались нечасто - едоков в Раввеланусе много, а вот еды наоборот… Вот и пришлось им стать героями поговорки: "Ланиец жрет все, что шевелится, а остальное догрызет омр".

Омры пережевывали листья ледяного лавра и запускали в зеленую массу клубок белесых земляных червей. Дождавшись, когда те раздуются и потемнеют от слопанного угощения, отправляли их на каменную плиту - получался тошнотворный национальный деликатес с труднопроизносимым названием. Замоченными в уксусе грызунами заедали нанью - не менее отвратительный национальный напиток, приготовляемый из перебродившей слюны и косточек кизила. Очень много наньи уходило на поминках, но закусывали там вовсе не крысами - в дело шло тело усопшего. Двойная выгода: сытная еда и отсутствие необходимости в кладбищах - даже кости перемалывались в съедобную муку. Если омр слишком долго задерживался на этом свете, его, обычно, навязчиво поторапливали с собственными похоронами. Самых мудрых, правда, иногда оставляли - ими пополнялся совет старейшин клана. Если в клане рождался ребенок, его приносили этим старейшинам, и свихнувшиеся от хронического голода высушенные старики решали его судьбу. Достаточно одного мнимого или реального изъяна и все - забракованный младенец отправлялся в кухонную пещеру где из детской крови и костной муки почивших взрослых приготовляли… Впрочем, лучше не надо об этом - по части изобретения омерзительных блюд омрам равных не было.

Ни одна из серьезных войн народов Изголовья Мира не обходилась без участия омров. Солдат из них делать не требовалось - они ими рождались. Эти самые преданные рабы династии кровью доказывали свою полезность. Идеальные воины - первые на стенах вражеских городов; стальное острие ударного отряда, прорубающее самый плотный строй; отличный заслон против любого противника - хоть пешего, хоть конного.

А после боя… После боя омры с удовольствием вспоминали обычаи предков. Участь пленников была незавидна: смерть им предстояла небыстрая и предельно изощренная. Серьгу в левое ухо воин не получит до тех пор, пока не изобретет свою пытку, или не усовершенствует чужую. А вражеский дух, покинувший истерзанное тело, приглашал всех участников истязания к трапезе.

Омра невозможно накормить досыта - даже запихав в свою утробу целого кита, он найдет местечко для пары цыплят. Национальная привычка набивать брюхо впрок делает его безразмерным. А кровопролитная война это постоянная мясная диета - омрам воевать нравилось.

Гроза пеших и конных, лучшая пехота всех земель… Против бронированных драконов многократно проклятого Энжера сталь их секир оказалась бесполезной.

Омров было пятеро. Кряжистые воины в видавших виды доспехах, проглядывающих из прорех разнообразного рванья, накинутого на тела в несколько слоев. Здесь были и потрепанные кавалерийские плащи, и грязные женские платья, и даже шелковые простыни, утащенные из спален явно не последних людей Гедании. Омры к холоду привычны, но здесь, на заснеженном перевале, даже столь закаленных воинов стужа способна превратить в ледяные изваяния. И кровь запекшаяся виднелась - вроде не чужая, хотя и вряд ли вся своя. Перевязанные руки, скрученная тряпка прикрывшая глаз, воспаленное месиво развороченной щеки - крепко некоторых потрепало.

Очень печально, что их раны оказались не смертельными… Тропа ведь здесь всего одна. И, что вдвойне печально - она узкая. Шаг в сторону, и голос сорвешь от крика, пока вниз лететь будешь. Обойти эту седловину по склону не выйдет - многометровый слой рыхлого снега держится там непонятно на чем - пройти не позволит. Здесь вообще в здравом уме никто в такую пору не появляется - весенние лавины обожают скидывать беспечных дураков в пропасть. Старик, наверное, из ума выжил, раз на такое приключение решился. Да еще и мальчика с собой прихватил. Стоит теперь, устало опираясь о простецкий дорожный посох, равнодушно осматривая смертельную преграду, возникшую на пути - пятерку потрепанных омров.

Омры были голодны - это было понятно с первого взгляда (к тому же сытых омров в природе не существует). Здесь ведь нет ничего кроме камней, льда и снега - явно несъедобные вещи. Обычные солдаты, уцелевшие после разгрома, могли рассчитывать хоть на какую-то поддержку от крестьян долин, но только не омры - никто им не подаст даже крошки от черствой лепешки. Путь мародерства не приведет к сытости - суровый народ Гедании легко расправится со столь скромной шайкой, да и про отряды карателей не стоит забывать: выследят быстро. Им оставалось одно - уходить отсюда; прорываться к плоским вершинам родного Раввелануса.

И при этом по пути не протянуть ноги от голода…

Старик не из тупых крестьян - явно "бывший". Раз так, то никто его теперь не хватится, и никто не станет за такого мстить - "бывшие" сейчас гибнут, будто колоски под косами жнецов: смерть одиночки лишь перерезанная соломинка этой кровавой страды. Этот нахохлившийся древний ворон был обречен, как и его тощий мальчик. Омрам ведь нужна еда. Путник еще не понимал, с чем столкнулся, иначе бы давно осел в снег от ужаса, неудержимо расслабляющего колени. Мальчик, пожалуй, соображал быстрее - в его огромных васильковых глазах разве что слепой не увидел бы страха. Спасения не было - их личная трагедия всего лишь один из многих рядовых эпизодов этой бесконечной войны. И пусть война уже проиграна - кровь, пролитую однажды, не так-то просто остановить: она будет литься снова и снова. Династии больше нет, омры свободны от вассальной клятвы и ничем здесь никому не обязаны. Перед ними на узкой тропе стоит желанное мясо, а не повелители - мир резко изменился, а чувство голода осталось прежним.

Но даже для этих грубых созданий события последних дней оказались чересчур уж необычными - явно растерялись. Они пока что просто стояли - не спешили приступить к трапезе. Память о былом сдерживала - не так-то просто причислить к еде того, кому ты неделю назад подчинялся.

Вперед шагнул один - видимо вожак шайки. В глазах этого омра-переростка читалась нешуточная работа мысли. Хотя, что тут думать - убей и сожри. Но нет - воин, закрепощенный былыми принципами, пытался найти компромисс с совестью. И он его нашел:

- Старик! - голос омра, сиплый и прерывистый, намекал о проблемах со здоровьем. - Ты иди - тебя не тронем! Мальчик останется!

В глазах старика ничего не изменилось - он или вовсе дурак, или сломлен настолько, что уже ничему не способен удивляться. Но нет - омр поторопился списывать со счетов эту развалину. Ответ путника был спокоен, слова взвешены и разумны, причем не без иронии:

- Уважаемый воин - могу ли я узнать, для чего вам понадобился мальчик? Неужели вы решили его съесть? Убить человека из народа Изголовья Мира?

- Да старик - мы именно это и хотим. Проходи дальше - тебя не тронем.

Сокрушенное покачивание головой:

- Пять воинов Раввелануса и один худой мальчик. Его и на двоих маловато будет…

- Утолить первый голод хватит!

- Понятно. Мальчика на мясо, а меня прогнать - не пустить ночевать в пещеру. А потом, когда я, спускаясь с перевала, закоченею ночью, вы и меня съедите - утолив голод как следует. Но не убьете - оставите эту работу морозу. Облегчите груз совести ровно в два раза - умертвите одного вместо двоих. Мудрое решение и оригинально милосердное. Меня это позабавило.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора