Эпоха героев и перегретого пара

Тема

Русский стимпанк + АИ. Российская Империя XIX век. Отгремела Декабрьская революция. Петель победил. Правда, немного не так, как планировали декабристы. Зато, как планировал он сам. В России начинается промышленная революция. На смену тягловым животным и гидродинамике приходит эпоха пара. Но не всё так гладко. Тут и попытка развязать полномасштабную Гражданскую войну. И происки забугорных заклятых "друзей" России…

Содержание:

  • Глава первая, в которой граждане графы знакомятся с новой русской действительностью 1

  • Глава вторая, в которой Строганов восстанавливает старую дружбу с новым русским вождём 3

  • Глава третья, в которой появляется Александр Сергеевич Пушкин 4

  • Глава четвёртая, в которой празднуется первая годовщина Великой Декабрьской Революции 5

  • Глава пятая, в которой Павел Демидов решил ослушаться добрых советов 7

  • Глава шестая, в которой Строганов рассказывает о душевных терзаниях палача 8

  • Глава седьмая, в которой Государь перегибает палку уж слишком сильно 9

  • Глава восьмая, в которой некоторые персонажи поправляют личную жизнь 11

  • Часть вторая. Купец на троне 12

  • Глава первая, в которой Государь Император Павел Второй осознаёт, насколько сложнее управлять державой, нежели демидовскими предприятиями 12

  • Глава вторая, начинающаяся с визита к Государю Юлии Осиповны Шишковой 14

  • Глава третья, в которой Россия покрывается первыми линиями железных дорог 16

  • Глава четвёртая, в которой османский султан желает устроить в России явление Глюка 18

  • Глава пятая, в которой армия Паскевича выдвигается наперерез османскому войску 20

  • Глава шестая, в которой православный булат встречается с магометанской сталью 22

  • Глава седьмая, в которой Император Павел Второй желает объясниться со Строгановым, но не может этого сделать 25

  • Часть третья. Рычание заморского льва 27

  • Глава первая, в которой Паскевич встречает старого знакомого, не слишком этому радуясь 27

  • Глава вторая, в которой фельдмаршал обращается за помощью 29

  • Глава третья, в которой недостопочтимые джентльмены получают неожиданный ответ 31

  • Глава четвёртая, в которой Паскевич возвращается на военную службу 34

  • Глава пятая, повествующая о новой встрече Строганова с Паскевичем и её последствиях 37

  • Глава шестая, в которой Строганов затевает самое опасное предприятие в своей жизни 39

  • Глава седьмая, в которой жандармы узнают, что герр Трошкин - любитель спектакля "Волшебная флейта" Вольфганга Амадея Моцарта 41

  • Глава восьмая, в которой снова появляется князь Паскевич 44

  • Глава девятая, начинающаяся и заканчивающаяся как морская 46

  • Глава десятая, в которой фельдмаршал Паскевич добивается победы, которая, к сожалению для него, не является окончательной 47

  • Часть четвёртая. От Вены до Севастополя 49

  • Глава первая, в которой снова происходит встреча Строганова и Паскевича 49

  • Глава вторая. После похорон 50

  • Глава третья, события в которой разворачиваются и завершаются на Чёрном море 51

  • Эпилог 54

  • Примечания 54

Анатолий Матвиенко
Эпоха героев и перегретого пара

"…Очевидно, что только русской ленью следует объяснить поразительные успехи этой страны, которая справедливо считалась тёмной окраиной Европы и медвежьим углом. Ради возможности ничегонеделания русские способны на невероятную изобретательность. Они готовы трудиться до кровавого пота, лишь бы наградой была праздность. И когда восточные дикари вздумали переложить работу на паровые механизмы, они буквально костьми легли ради этой перспективы, опередив цивилизованные государства Запада".

Лорд Траффорд Брейни, первый баронет Йоркширский Из выступления в Палате Лордов. "Таймс", 6 марта 1873 года

Забавная заметка в газете, третьего дня присланной из Лондона, сообщила о новых и тщетных потугах британских джентльменов раскрыть тайну "русского чуда". Лорды, так и не поняв своеобразия нашей страны и её народа, по-прежнему изрекают глубокомысленные суждения о необычных чертах, якобы присущих русским людям. Правда проста и незатейлива - однажды владение паром стало условием: без паровых машин держава не выжила бы. Привёл же страну на край гибели и оттого предрешил её успехи не русский, а совершенно немецкий человек по имени Пауль Пестель, далёкий от инженерных и прочих научных дел. В декабре 1825 года он услышал о гвардейском бунте в Санкт-Петербурге и тотчас поспешил в столицу, желая облагодетельствовать Отечество сочинённой им конституцией, именуемой "Русская Правда". С тех пор история Государства Российского нежданно свернула с привычного русла и понеслась в направлении, никак не предсказанном западными знатоками.

Часть первая. Русский Рейх. Das Russische Reich

Глава первая, в которой граждане графы знакомятся с новой русской действительностью

По польской дороге неспешно катилась карета с двумя ветеранами наполеоновских войн.

- В Бородинской баталии тоже участвовали, Павел Николаевич? Осмелюсь спросить, сколько же лет-то вам было?

Бывший граф, а ныне заурядный гражданин Российской Республики Павел Демидов загадочно улыбнулся, вспоминая юность.

- Четырнадцать, любезный Александр Павлович. В кавалергардский полк меня в начале войны зачислили. Не столько протекции благодаря, сколько росту высокому, не глядя на юный возраст. И - да, отрицать не стану, батюшка мой Николай Никитич постарались, снарядив конный полк за свой счёт.

Напротив Демидова на мягких подушках роскошной кареты восседал другой бывший граф. О чудодейственном превращении собственной светлости в обычного гражданина и городского обывателя Александр Павлович Строганов узнал, находясь в Париже. Он ничуть сему факту не расстроился. Не мудрено - и при Бурбонах парижские улицы, пропитавшиеся вольнодумством, якобинством и революцией, каждому проходящему норовили в ухо шепнуть: свобода, равенство, братство.

По матери Елисавете Александровне, урождённой Строгановой, бывший кавалергард Павел Николаевич Демидов приходился дальним родственником второму путешественнику и искренне обрадовался, встретивши того в Варшаве. Дорогу до Москвы бородинские ветераны коротали в беседах, пока демидовский кучер погонял четвёрку отличных лошадей, а лакеи двух господ тихо злословили про хозяев.

- Сдаётся мне, кавалергарды знатно там отличились, - Строганов продолжил близкую обоим ратную тему.

- Было дело, да-с. С бригадой генерал-майора Шевича аккурат перед батареей Раевского рубили кавалерию де Груши́. Поверите ли, Александр Павлович, строен я был тогда и проворен, - с нескрываемой грустью Демидов опустил очи к жилетке, заметно подпираемой плодами чревоугодия. - А вы?

- Не без этого, изящество фигуры поутратил малость. Бог, как видите, росточком не обидел, но в кавалергарды выбиться не довелось. При Бородине также пороху нюхал. Первый лейб-гренадерский Екатеринославский полк, чай слышали?

- Непременно-с. Так что мы оба, как говорится, огнём опалённые. Позвольте полюбопытствовать, в Москву надолго или сразу в родные пенаты - во Владимир?

- Что значит - во Владимир? Нет у меня в нём дел.

- Выходит, вы не в курсе Александр Павлович, что Владимиром нынче зовётся бывший Нижний Новгород. По личному повелению Государя нашего и председателя Верховного Правления Павла Ивановича Пестеля.

- Не скрою, удивили. Более, нежели отделением Польши. Так что - на Руси два Владимира?

- Прежний нарекли Клязьминском. Река там протекает - Клязьма.

- Стало быть, Петербург поименуют Невском, а Киев - Днепровском.

- Сие не ведомо. Только купечество нижегородское, кое ныне владимирским зовётся, за подсчёт барышей принялось. Пал Иваныч перенос столицы во Владимир замыслили. Оттого купеческие обчества скупают дома в городе, землица каждый день дорожает. Шутка ли - столица российская. Потом продадут сам-три, а то и сам-пять.

- Лопнут от барышей, - усмехнулся Строганов. - А Пестель-Государь, небось, отгрохал себе палаты с видом на Волгу?

- Не успел, сердешный. Переезд затеял из ненавистного ему Питера, да и застрял в Москве. Нет пока во Владимире казённых зданий, пригодных вместить Верховное Правление, коллегии да войсковой штаб. Фискалы с Синодом перебрались, Адмиралтейство, Почта и Презрение в Санкт-Петербурге замешкались. Так и правит наш вождь на три столицы.

- Pardon, Павел Николаевич, разъясните другое. Ладно Санкт-Петербург, вотчина романовская, ему не люб. Чем Москва плоха?

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Похожие книги

1984
296.5К 59
Берсерк
136.7К 163