Самозванка

Тема

Мир изменился. Изменился стараниями спекулянта от финансов, угодившего из нашего времени в 19-й век. В этом мире не вершились революции, и Япония не рискнула объявить войну Российской империи. Но… хотели как лучше – получилось как всегда. Новому высокотехнологичному миру жить осталось совсем немного. И единственный человек, способный исправить свои же собственные ошибки, лежит в клинике без сознания. Других кандидатов на прыжок в прошлое нет.

Но, видно, есть кто-то над нами, кому небезразлична судьба нашего мира. И частичка знаний спекулянта попадает к простому казаку Запорожской Сечи – в далекий 18-й век. "Золотой век" Екатерины. Уже обретает могущество Британия, вот-вот начнется война за независимость Америки, а российская армия ввяжется в кровопролитную войну с Османской империей.

Сможет ли молодой запорожец вмешаться в ход истории и исправить ошибки путешественника во времени? Тем более что он не одинок. Юная красавица из затерянного в украинских степях небольшого хутора волею судеб оказывается в центре политических интриг сильных мира сего.

И, как это обычно случается в сказках, в самый тяжелый и ответственный момент на сцене появится профессионал…

Содержание:

  • Пролог 1

  • Часть первая - Полонянка 2

  • Часть вторая - Основная операция 33

  • Эпилог 67

  • Примечания 67

Валерий Самохин.
Самозванка.

Если бы кто-нибудь в год Рождества Христова вложил капитал в размере один пенни под четыре процента годовых, то в 1750 году на вырученные деньги он смог бы купить золотой шар весом с планету Земля. В 1990 году он имел бы уже эквивалент 8190 таких шаров. При пяти процентах годовых он смог бы купить подобный шар еще в 1403 году, а в 1990 году прибыль была бы равна 2200 млрд шаров из золота весом с земной шар каждый.

Из истинной природы банковского процента

Пролог

О том, что подземные этажи Центрального военно-морского клинического госпиталя занимает секретная лаборатория Службы внешней разведки, в Российской империи знали немногие. Считаные единицы, если быть точнее. Толщине стен бронированного бункера могли позавидовать личные бомбоубежища богатейших людей планеты. О режиме секретности упоминать вовсе не стоит.

В левом крыле тайного бункера имелась небольшая круглая дверца с матовым напылением еще неизвестного остальному миру металлического сплава. За внешне неприметным препятствием, способным выдержать прямое попадание кумулятивного снаряда шестого калибра, таилась святая святых разведки. И попасть сюда постороннему можно было только по пропуску за личной подписью ее шефа. Впрочем, сотрудники отдела темпоральных исследований таких случаев не помнили.

– Чем порадуешь? – Директор Службы внешней разведки действительный тайный советник Шешковский хмуро кусал губы, не скрывая раздражения. Последние события были из ряда вон выходящими.

– Даже не знаю, что сказать, Дмитрий Васильевич, – покаянно развел руками начальник отдела, сутулый небритый тип, коих много ошивается по утрам перед соседним с госпиталем гастрономом. Но за неряшливой, помятой от хронического недосыпа внешностью скрывался могучий интеллект одного из величайших ученых империи. И фамилия лауреата императорской премии ничего не говорила ни простому обывателю, ни маститому ученому из-за рубежа. Труды академика Катышева не публиковались в открытой печати. Они вообще не покидали стен секретной лаборатории. Проведение экспериментов со временем хранилось за семью замками.

– Рассказывай, что есть! – приказал директор СВР, устало опускаясь на стул.

– Черников Денис Иванович, – раскрыв досье, зачитал первые строки академик. – Родился в Уфимской губернии в 1876 году в семье купца третьей гильдии. Речь потерял в трехлетнем возрасте в результате сильного психологического стресса и до двадцати лет оставался немым. Вновь обрел ее после удара молнии. Затем за короткий срок создал финансово-промышленную империю. Считается первооткрывателем многих современных биржевых инструментов и спекулятивных финансовых схем. В том числе и незаконных, как то: рейдерские захваты предприятий, манипулирование рынками и доведение до банкротства конкурентов. Излюбленный прием – умелый вброс в прессу компромата и создание искусственной паники вкладчиков. Единолично контролировал все денежные потоки, поступающие в империю от зарубежных инвесторов.

В архивах Собственной его императорского величества канцелярии остались воспоминания очевидцев, из которых можно сделать следующий вывод: внезапный интерес богатейших людей планеты к России в конце девятнадцатого столетия не обошелся без господина Черникова. Многие считают, что произошло это под угрозой обрушения финансовых рынков Европы и Америки. В 1903 году погиб в результате удачного покушения. Вместе со своей супругой Юлией Рябушинской.

– Ты решил прочитать мне записку моей собственной службы? – слегка поморщился Шешковский.

– Это я для себя, чтобы память освежить, – смущенно признался тридцатипятилетний академик. – Наш загадочный пациент попадал ранее в сферу интереса отдела, но никаких особых результатов не показал. Как, впрочем, и все остальные подопытные.

То, о чем сейчас шла речь, началось три дня назад. В архивах Собственной его императорского величества канцелярии обнаружили неизвестную часть завещания Николая II. Случай сам по себе небывалый, но содержание документа повергло всех в шок. Погибший в прошлом веке самодержец наградил еще не родившегося человека орденом Святого апостола Андрея Первозванного. И это был не единственный сюрприз. Неродившийся признавался высочайшим указом наследником финансовой империи. Часть информации – о загадочной награде – просочилась в прессу.

На следующий день на полного тезку погибшего в прошлом веке Дениса Черникова совершили покушение, замаскированное под теракт в метро. Дело взяла под контроль Служба внешней разведки. И тут сюрпризы посыпались как из рога изобилия. Аппаратура по контролю за стихийным пробоем времени зафиксировала небывалую активность. Срочная проверка пребывающего в бессознательном состоянии пациента привела к ошеломляющим результатам: поток информации идет от него далеко в прошлое. Предположительно в XVIII век. Теоретические изыскания лаборатории времени получили практическое подтверждение: перенос сознания в прошлое возможен! Прежние попытки заканчивались относительной неудачей. Редким добровольцам удавалось лишь рассмотреть смутные образы прошлого, поскольку тугая пружина времени безжалостно выбрасывала их в настоящее.

Неожиданности на этом не закончились. За считаные часы удалось выяснить, что в случае с Денисом Черниковым переноса сознания как такового нет. Создавалось впечатление, что кто-то в далеком прошлом ворует информацию прямо из его мозга, словно компьютерный вирус. Но и это еще не все!

Аппаратура вновь фиксирует стихийный пробой. И снова под самым носом – в реабилитационном центре тремя этажами выше. Молодой медик Анна Лозовская попадает в реанимацию после внезапной остановки сердца. Едва придя в сознание, она повергает в шок окружающих, заявив, что ее настоящее имя Юлия Черникова, в девичестве – Рябушинская. Дело попадает под личный контроль императора. С врачей реанимации берется подписка о неразглашении государственной тайны.

Дальше – больше. От результатов спешного допроса Анны-Юлии столбняк охватывает даже привычных ко всему ветеранов имперской разведки. Мир XXI столетия – измененный. И в своем первоначальном виде он был совершенно другим, более приспособленным для жизни, чем нынешний. А предполагаемый виновник этого прискорбного факта лежит сейчас в бессознательном состоянии в реабилитационном отделении Центрального военно-морского клинического госпиталя.

Собственно об этом сейчас и шла беседа между двумя сверхсекретными мужчинами.

– Пока пациент не придет в сознание, утверждать с достаточной степенью достоверности, что он и есть погибший в прошлом Денис Черников, мы не можем, – продолжал между тем Катышев. – Наша аппаратура здесь бессильна. Все необходимое лечение назначено, остается только ждать.

– Сколько? – хрипло выдохнул Шешковский, протирая красные от бессонницы глаза.

Академик пожал плечами.

– Максимум – сутки. Самый оптимистичный прогноз – пять-шесть часов.

– И мы гарантировано сможем отправить его в прошлое?

– К чему такая поспешность? – Ученому не терпелось приступить к экспериментам, и отдавать подопытного без борьбы он не мог в силу своей упрямой, пытливой натуры. – Он будет слаб, когда придет в сознание.

– С каждым днем становится все хуже и хуже, – хмуро поведал глава разведывательного ведомства. – Скоро процесс станет необратимым и выйдет из-под контроля. Второй ядерной зимы планета не вынесет. И еще неизвестно, что делают с краденой информацией неизвестные нам адресаты в XVIII веке.

– Это действительно проблема, – согласно тряхнул косматой головой академик. – Точно мы подсчитать не можем, но предварительные расчеты дают соотношение день за год.

Шешковский не замедлил уточнить:

– Значит, за прошедшие у нас сутки кто-то в прошлом прожил год, пользуясь сведениями нашего мира?

– Не нашего, – поправил Катышев и ткнул пальцем в монитор, транслирующий суету в реанимационной палате. – Его.

Несколько минут царило молчание. Директор СВР задумчиво барабанил пальцами по подлокотнику, академик сосредоточенно протирал стеклышки старомодных очков. Подняв воспаленные глаза на собеседника, он неуверенно спросил:

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора