Янычары

Шрифт
Фон

Содержание:

  • От автора 3

  • И осталась от них только музыка 3

  • Часть первая - Новые времена - (1789–1798) 4

    • Прелюдия первой части 4

    • 1. На берегах "Коровьего брода" 5

    • 2. Кто скажет правду? 6

    • 3. В борьбе за мир 8

    • 4. От Измаила и далее 10

    • 5. У кого праведные мысли... 11

    • 6. Чрезвычайный посол 12

    • 7. Противоборство 15

    • 8. Пушки для Селима 16

    • 9. Выдвижение 17

    • 10. Опасный сосед 19

    • 11. Мятежники, мешки и головы 21

    • 12. "Груша еще не созрела" 22

    • 13. Для кого пляшут дервиши 24

  • Часть вторая - Пирамиды 25

    • Прелюдия второй части 25

  • Примечания 26

Валентин Саввич Пикуль
Янычары

В предыдущих комментариях, чтобы окончательно не запутать читателя, я умышленно не касалась данного романа. На титульном листе написано: начат 26 апреля 1989 года. С этого момента невозможно ответить – над чем конкретно работал Пикуль. Я привыкла, что у Валентина Саввича в параллель шла работа над двумя или даже тремя вещами. Но в последний год его жизни творилось что-то невообразимое. Представьте, что после "Ступай и не греши", которую он написал за пятнадцать дней (!), отрешившись на это время от всего остального, дальнейший перечень его интересов включал одновременно: вычитку и редактирование только что законченного "бульварного" романа, работу над "Барбароссой", работу над "Янычарами", работу над серией новых миниатюр для третьего тома. В конце перечисления я не поставила союз "и", ибо его нужно отнести к роману о нефти, который, еще не отложенный Пикулем в сторону, лежал на столе, продолжая "мозолить глаза". Да и "Янычары", как увидим ниже, не простой роман, а – трилогия.

Трудно даже представить себе, как можно держать в голове сразу столько нитей, довольно мало связанных между собой повествований.

Писать о романе "Янычары" весьма затруднительно, точнее – очень сложно, поскольку надо проследовать за мыслью Пикуля теми же извилистыми, запутанными, порой невообразимо труднообъяснимыми путями.

Не буду долго интриговать читателя, сразу скажу главное: публикуемый здесь отрывок должен дать представление о произведении, в котором Валентин Саввич решил объединить давно задуманные, но по отдельности так и не реализованные романы – "Янычары", "Пирамиды" и "Лицо жестокого друга".

Чтобы быть абсолютно честной, я должна некоторые абзацы этого комментария начинать словами: "по всей видимости..." или им подобными, несущими вполне конкретную смысловую нагрузку.

Дело в том, что на различных этапах творческих исканий Валентин Саввич делился со мной планами написания каждого из названных романов. Но подробный разговор о том, как и почему он решил слить их воедино, у нас состояться не успел.

Поэтому к некоторым умозаключениям я пришла самостоятельно в результате кропотливого изучения всех записей и пометок Валентина Саввича, относящихся к этим романам, – работы, похожей на следовательскую, когда версии требуют документального подтверждения.

Впервые слово "янычары" я услышала от Пикуля в 1983 году, когда под его диктовку записывала один из планов. Я попросила пояснить малознакомое слово и, если можно, коротко рассказать о романе. Валентин Саввич с охотой выполнил просьбу. Из его очень доходчивых объяснений мне стала понятна и основная сюжетная линия романа, и я узнала, в частности, что янычары – это особая часть турецкой армии, представляющая собой профессиональное войско, свободное от семейных забот. Создано оно было в XIV веке. Первоначально оно комплектовалось из пленных юношей, позже путем насильственного набора мальчиков из христианского населения Османской империи. Они были прекрасно обучены военному делу, воспитаны в духе мусульманского фанатизма, отличались большим мужеством.

Спустя некоторое время я вновь услышала упоминание о янычарах, но в контексте восторженного рассказа Валентина Саввича о делах и смерти Байрактара. Тогда же неоднократно прозвучало и название – "Лицо жестокого друга".

Сначала я подумала, что Валентин Саввич пишет миниатюру, так характерно было название и концовка рассказа – в миниатюрах Пикуль, как правило, прослеживал путь своего героя до последних дней его жизни.

Короткое, "миниатюрное", но яркое знакомство с пикулевским героем почти всегда вызывает желание узнать о нем побольше, познакомиться с ним поближе. Я попросила Валентина Саввича подсказать, где об этом можно почитать, и он дал мне книгу А.Ф. Миллера "Мустафа-паша Байрактар".

В этой интереснейшей книге много познавательных и поучительных уроков из истории Турции периода Селима III и Мустафы Байрактара. По многочисленным подчеркнутым местам было ясно, что Пикуль работал с этой книгой, выпущенной в 1947 году, неоднократно.

Очевидным становилось и то, что миниатюрой здесь не обойтись. Пометки Пикуля высвечивали направленность поисков. Его интересовали не столько сами личности Селима и Байрактара, сколько глобальные исторические вопросы. Главное было – выяснение причин, приведших к развалу, распаду, потере независимости и превращению в полуколонию великой Османской или, как еще встречается, Оттоманской империи. Империи, разбросившей свои владения к концу XVIII века на три материка: территория ее включала средиземноморское побережье Африки от Алжира до Египта, побережья Красного моря и Персидского залива, большую часть побережья Черного моря от Анапы на востоке до Очакова на западе, и простиралась по землям Европы от Молдавии до Албанских берегов Адриатики.

Тайным политическим кружком "рущукских друзей" (это первая в истории Турции, если не партия, то во всяком случае политически оформленная группировка) во главе с выдающимся турецким деятелем Мустафой Байрактаром и была предпринята попытка, как оказалось – запоздалая, спасти империю от расчленения и гибели.

Как я и предполагала, миниатюра не состоялась. Но появился почасовик и постоянно разрастающаяся папка с записями, из которых явствовало – это новое будущее произведение В. Пикуля. В голове у него был уже и конец книги, о чем говорят приводимые здесь мной фотокопии.

На записке после зачеркнутых фраз: "Начало, которое можно назвать концом" и "уничтожение корпуса янычар", следует абзац, к которому Пикуль делает пометку – "В конец книги" (выделено мной. – А.П. ). Он гласит:

"Кемаль Ататюрк, могила Байрактара:

– здесь лежит человек, который хотел того же, чего достиг я, но... я бы не хотел такого конца, каким был конец этого человека".

В папке лежал и следующий листок.

"Так закончилась жизнь этого незаурядного человека, Мустафы-паши Байрактара, и лицо жестокого друга России мы попытались обрисовать в нашей книге по возможности справедливо и полно.

Европа его не поняла, Россия не поверила ему, а соотечественники люто ненавидели этого "знаменосца" (Байрактар в переводе с турецкого означает – прапорщик, знаменосец. – А.П.).Развитие Турции, вновь отданной во власть бандитов-янычар и ханжей-улемов, было приостановлено на долгие годы. Блистательная Порта доживала свой мучительный век в корчах долгой агонии..."

В 1911 году прах Байрактара был разбужен свистком паровоза, которому могила бывшего "знаменосца" мешала свершать путь до Стамбула, и останки великого визиря были перенесены на новое место – за ограду мечети Зейлеб-султан, по соседству с дворцом Топкапу.

На этом и должна была заканчиваться третья, заключительная часть романа "Янычары", названная Пикулем – "Лицо жестокого друга".

Вторая часть романа – "Пирамида" – также замысливалась как самостоятельное произведение.

"Величественная и всегда таинственная тень от египетских пирамид ложилась на все события Европы и всех героев того времени".

Пирамиды фараонов, вечно молчащие, возвышающиеся над людской суетой, стали свидетелями многих радостных и печальных событий, происходящих на этой священной земле.

Об одном из них, связанном с походом Наполеона Бонапарта на Египет и его покорением, и хотел рассказать в своей книге Валентин Пикуль.

В название романа он вкладывал широкий, точнее – двойной смысл. Пирамиды... Памятники старины Древнего Египта...

Их величие неподвластно времени. И это ощущение Пикуль переносил на людей, оставивших заметный след в мировой истории, незабвенная слава которых возвышает их, подобно пирамидам, над бренным миром. Речь в романе должна была идти о трех таких "пирамидах": Наполеоне Бонапарте, Федоре Ушакове и Горацио Нельсоне и их противостоянии на морских и сухопутных коммуникациях.

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора