Русские мифы, или Посиделки с классиками

Шрифт
Фон

Юрий Дружников
Русские мифы, или Посиделки с классиками

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ПЕРЕСТАЛ СМЕЯТЬСЯ

(Повесть об историческом казусе)

"В муравейнике всё так хорошо, всё так разлиновано, все сыты, счастливы, каждый знает свое дело, одним словом: далеко еще человеку до муравейника!"

Ф.Достоевский

Приговор суда гласил: "Волочить его по земле через весь Лондон в Тайберн и там повесить так, чтобы замучился до полусмерти. Вынуть из петли, пока он еще не умер, отрезать половые органы, вспороть живот, вырвать и сжечь внутренности. Затем четвертовать его, прибить по четверти тела над четырьмя воротами Сити, а голову выставить на Лондонском мосту". В Тайберне, на левом берегу Темзы, проходили все казни. И до Лондонского моста там, как вы помните, рукой подать.

Слушая судью, он, если верить легенде, улыбался. Но даже если и вправду улыбался, кому ведомо, что творилось в этот момент в его душе? На утро ему объявили о милости короля Генриха VIII: комплексное наказание заменялась простым отсечением головы. "Боже, – пробормотал осужденный, – избави друзей моих от такой доброты". И, согласно той же легенде, засмеялся.

Хотя силы после полутора лет сидения в Кровавой башне Тауэра иссякли, на эшафот он взобрался с трудом, но все же самостоятельно. Палачу сказал: "Шея моя короткая, примерься получше, чтобы не опозориться". В другой легенде говорится, что он прошептал палачу: "Постой, я уберу бороду. Ее незачем рубить, она-то никогда не совершала государственной измены". Голова Томаса Мора покатилась, и в ней остались невысказанные мысли, которые человечество разгадывает вот уже полтысячелетия.

Резвые соображения о том, как обустроить жизнь на земле самым справедливым образом, сколько жертв для этого потребуется и что выпадет в осадок, существуют столько времени, сколько само человечество. И короли, и нищие рассуждают с одинаковым интересом о справедливости для всех, только не могут решить, где и как ее добыть и кому какую порцию выделить. Сколь много ни дай, все мало. В результате имеем на мировой арене то, что имеем. Начал я размышлять на эту тему еще в советское время. Стимулом к тому, чтобы противоречивые мысли теперь систематизировать, послужили споры моих калифорнийских студентов. Оказалось, без Томаса Мора обойтись невозможно, он обязательно в полемике присутствует.

Его должность в российской исторической науке была и остается (советскую никто еще не опроверг) – "основоположник утопического социализма". В Советском Союзе был поистине культ Мора. "Утопию" изучали все возрасты в учебных заведениях, но вряд ли даже учителя задумывались, что она такое на самом деле. Юбилеи Мора пышно праздновали, издавали уйму трудов. Разве что Маркс и Энгельс из иностранцев удостаивались такой чести. Упаси вас Бог перечитывать тонны этих книг: я сделал это за вас, поверьте мне на слово.

Везде марксовы идеи начинаются с утопий, или с "утопических социалистов". А среди них наиболее подходящим почему-то оказался Томас Мор, стал предтечей . Без утопических корней социализм – чужеродное тело в истории, марксисты – голые короли. Скажу сразу (возражайте, сколько хотите): без Томаса Мора не было бы Маркса и ХХ век пошел бы иначе.

Стало быть, Мор… Со знаменитого портрета, сделанного Хансом Хольбейном Младшим, смотрит лицо, чуть одутловатое, ширококостное, немного презрительное, тщательно выбритое. Портрет я видел в Нью-Йоркской коллекции Генри Фрика, а в советском научном издании Мору на этом портрете зачем-то пририсовали усы. Волосы у Мора длинные, властные губы сжаты: человек знает себе цену, его на мякине не проведешь. Мне кажется, он ироничен, чуть заметно улыбается. На голове треуголка, наподобие Наполеоновской. Такую шляпу он имел право носить. Оживили Мора в Голливуде в 1966 году в фильме "Человек на все времена". Мора играл знаменитый актер Пол Скофилд. Но это уже совсем другая история.

У Мора не одна дата рождения. Он появился на свет 7 февраля, но согласно разным источникам, в 1477, в 1478 и 1480 годах. Утверждений, что это был 1478-й больше, стало быть, в 2003-м вернее справлять 525 лет со дня рождения Мора, – хороший повод опять начать спорить, ибо загадки остаются.

Родился Мор в Лондоне. В школе его выучили читать, писать и говорить по-латыни. Студентом Оксфорда изучал естественные науки, теологию и литературу. Шестнадцати лет познакомился с Эразмом Роттердамским, и они стали друзьями на всю жизнь. Вместе с Эразмом занимаются в философском кружке переводами с греческого на латынь. Он и Эразм единодушны во взглядах: общество может быть устроено только на основе Евангелия.

Мору чуть больше двадцати, когда он решает стать монахом. Но вдруг меняет планы и идет в юридическую школу. В 26 лет он адвокат, выбран в парламент, а попав туда, не нашел ничего лучше, как предложить ограничить полномочия Генриха VII да еще выступил против новых налогов. Король отомстил: упятал в тюрьму его отца, а самого Мора полностью отстранил от политики. После смерти Генриха Мор вернулся на королевскую службу и стал заместителем шерифа Лондона.

Новый король Генрих VIII ему симпатизирует, любит говорить с ним на философские темы и отправляет с дипломатическими миссиями за рубеж. Мор служит в английском посольстве во Фландрии. Однажды король поручил ему передать Франциску I ноту, написанную изрядно по-хамски. "Вы ведь знаете, ваше величество, что у Франциска характер вспыльчивый, – заметил Мор. – Он, чего доброго, прикажет отрубить мне голову". – "Не бойся! – уверил его Генрих. – Если француз тебе отрубит голову, я отрублю головы всем французам в Лондоне". – "Не думаю, – отвечал Мор, – что какая-нибудь из этих голов подойдет к моим плечам". Висельный юмор был нормой того времени.

В антверпенском посольстве Мор как-то сказал приятелю Питеру Гиллю, что хотел бы написать о путешествии за тридевять земель одного моряка, который повидал жизнь, совершенно не похожую на европейскую. Мор сочинял кое-что и раньше, однако "Утопия" сделала его писателем, с ней он вернулся в Лондон. Опубликовал рукопись друг Эразм в 1516 году, а через четыреста один год случилось, сами знаете, что.

На службе Мор преуспел: получил почетное звание рыцаря, а позже пост канцлера королевства. Информированный лучше других, он больше других понимал в структуре власти и политике. Фортуна оставила его, когда он отказался поддержать Генриха в его желании потребовать от папы Римского разрешения на развод с Екатериной Арагонской. Мор оказался снова отстраненным от дел, а немного спустя, не дождавшись покаяния, король упек бывшего друга и сподвижника в тюрьму. Мор, однако, упрямо утверждал, что король не должен получать особые льготы от папского престола.

Чтобы преодолеть влияние папы, в 1534 году Генрих VIII объявил о новом законе, в котором назвал себя Верховным лидером всего мира, выше Римского папы. Все жители Англии должны были одобрить этот закон, принеся клятву верности монарху. Мор опять отказался – знаем мы эту диссидентскую негибкость! Упрямца бросили в камеру – держали четырнадцать месяцев без пера, бумаги, книг. Друзья короля уговаривали заключенного, пустили к нему жену и детей, чтобы убедить принести присягу верности, – упрямец стоял на своем. Ничего не говорил против короля, лишь не хотел одобрить этот акт. "Что выше: закон или король?" – вопрошал он. И сам твердил: "Закон выше".

Судебный процесс над Мором происходил в стиле, нам знакомом по советскому средневековью. Босым, в наряде арестанта его привели в зал Вестминстерского аббатства. Недавно я стоял посреди зала и пытался представить, как это было. Судьи настаивали: только признай новый закон, и ты свободен. Он отказался. Подобрали лжесвидетелей, оклеветали, обвинили в том, в чем виноват он вообще не был. Мор стал немощен, но духом оставался стоек. Последние его слова, отсутствующие в советских источниках: "Я хороший слуга Короля, но Бог важнее".

Голова его висела на мосту несколько месяцев, внушая лондонцам страх перед правосудием. В Европе казнь вызвала возмущение, поэтому иностранным дворам в Лондоне разослали объяснение властей. Дочь выкупила голову, чтобы похоронить. Для сравнения: Мор умер, когда Ивану Грозному было 5 лет от роду. Российские тираны были не столь изобретательны в травле подчиненных, как Генрих VIII, ибо уничтожали людей в массовом порядке, миллионами. Мы выжили случайно.

Мифу о Море больше пяти столетий. Реликвия – один зуб Мора, чудом сохранившийся, который хотели иметь два коллекционера, превратился у коммерсантов в два зуба. "Человек Ренессанса", как его иногда называют теперь, писатель Томас Мор оставил несколько тысяч страниц, включая стихи, "Историю Ричарда III", которую он не окончил, переводы с греческого, теологические трактаты плюс переписку, – 16 томов, полное собрание сочинений, изданное на английском в наше время. Он сделан святым, канонизированным католической церковью, и – вот парадокс! – примерно в то же время канонизирован атеистическим советским агитпропом.

В 1516 году, когда Мор написал "Утопию", ему было тридцать восемь. Казнили его через девятнадцать лет после этого. Смерть Мора никак не проистекала из произведения, так сильно повлиявшего на мировую историю, но именно "Утопия" сделала его бессмертным.

Земной рай на бумаге

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке