ТАСС уполномочен... промолчать (20 стр.)

Шрифт
Фон

Когда начался пожар, капитан отправил на берег свою жену Ольгу Митину, жену 4-го помощника Румянцеву, пекаря Рыскина, юнгу В. Караянова и сопровождающих матросов Сырбу и Лелюка. Они успели до взрыва отбежать за километр от порта, там их настигли осколки. Были убиты Рыскин, Сырба, Караянов, тяжело ранен Лелюк и легко – обе женщины.

В заключение Павел Павлович Куянцев дополнил рассказ еще одной любопытной подробностью: "Когда со следователем Шадринцевым мы объезжали госпитали и больницы Находки, он показал мне кусок фанеры, которую вырезал в уборной управления Дальстроя. На нем было написано: "Скоро Дальстрой должен провалиться". В дальнейшем следствие установило, что это была диверсия".

Прокуратура Находки не дремала. Началось следствие, допросы членов экипажа парохода "Дальстрой". Но обвинить моряков не удалось. Помог случай. Загорелся аммонал на барже, которую привели на буксире от парохода "Орел". Кроме того, через сутки сгорел аммонал, находившийся в вагоне. После этих событий следствие перенесли в другие сферы, а команду отпустили, признав всех невиновными.

– Так все они и живут вторую жизнь благодаря своему капитану. Они уважали и любили Всеволода Мартиновича и очень жалели о его гибели, – закончил свой рассказ Куянцев.

О тех же трагических событиях вспоминал бывший 4-й механик парохода "Орел" (типа "Либерти") В.Б. Россовский. Его пароход и небольшой танкер стояли друг за другом у причальной стенки по соседству с "Дальстроем". "Орел" принимал в свои трюмы смешанный груз, предназначавшийся для порта Певек. В третий трюм уже были погружены 360 тонн аммонала насыпью и тротил в мешках. 24 июля 1946 года намечался отход. В твиндеки судна, оборудованные трехъярусными деревянными нарами, должны были принять пассажиров – заключенных. Но произошло непредвиденное обстоятельство. Это событие началось еще накануне – 23 июля.

– Когда я поднялся на палубу из машинного отделения, – рассказывал Россовский, – то увидел старшего механика И.И. Гурского. Он внимательно всматривался в берег, где мы увидели большой столб черного дыма, исходящего из навалом лежащего на причале аммонала. Огонь начал быстро подбираться к нашему пароходу. Немедленно объявили пожарную тревогу. Мощные струи воды, направленные моряками в сторону огня, сбили его. Капитан Бабиевский приказал стармеху немедленно подать пар на бак к брашпилю, а боцману отдал команду "вира якорь". Дополнительно принятые экстренные меры позволили судну быстро отойти от опасного места и встать на якорь посреди бухты.

На следующий день, 24 июля, пришло распоряжение от диспетчера порта немедленно стать к причалу под посадку пассажиров. Только успели поднять якорь и начали двигаться к пирсу, как увидели начавшийся пожар на пароходе "Дальстрой". Бабиевский без промедления отдал команду рулевому лечь на обратный курс. На траверзе мыса Астафьева произошел первый взрыв на "Дальстрое". Прошло несколько минут. И когда "Орел" находился уже на внешнем рейде, его застал второй, еще более мощный взрыв. Несмотря на значительное расстояние, весомый осколок фальшборта парохода "Дальстрой" врезался в палубу "Орла" и сделал вмятину в районе первого трюма. На шлюпочной палубе ботдека находились бутыли с серной кислотой. Несколько стеклянных емкостей осколками разбило. Трех членов экипажа окатило опасной жидкостью. Их пришлось катером отправить в больницу. Силой взрыва вырвало открытые иллюминаторы, изуродовало каюты. Человеческих жертв, к счастью, не было.

В конце дня 24 июля в Находку из Владивостока прибыло "высокое начальство". Оно предписало немедленно снять с борта "Орла" весь взрывоопасный груз. Капитан С.М. Бабиевский отказался от портовых рабочих и принял решение произвести выгрузку своими силами. С помощью судового бота, выполнявшего роль буксировщика, и баржи опасный груз полностью выгрузили на берег. 25 июля 1946 года пароход "Орел" произвел посадку пассажиров и взял курс на север в порт Певек.

После трагедии в Находке для перевозки взрывоопасного груза в порт Нагаево Дальневосточное пароходство дополнительно выделило пароходы "Генерал Ватутин" (капитан С.В. Куницкий) и "Выборг" (капитан П.М. Плотников).

Пароход "Генерал Ватутин", построенный в 1944 году в США, имел валовую вместимость 7300 регистровых тонн и паровую машину в 2500 лошадиных сил. Пароход "Выборг", построенный в 1919 году в США, имел валовую вместимость 5946 регистровых тонн и паровую машину в 2800 лошадиных сил.

Оба судна были переданы Дальневосточному пароходству по ленд-лизу: первый – в августе 1944 года, второй – в июле 1943 года.

19 декабря 1947 года пароход "Генерал Ватутин" доставил в порт Нагаево 8593 тонн различных грузов, в том числе 3313 т взрывчатки. В глубине бухты он остановился в ожидании распоряжений. На ближнем рейде с 14 декабря стоял пароход "Выборг", в ожидании выгрузки 3049 т народнохозяйственных грузов, в том числе 193 тонн взрывчатых веществ. Оба судна напоминали пороховые бочки и вскоре действительно стали смертниками.

Вблизи нефтебазы в ожидании слива солярки стоял танкер "Совнефть", а теплоход "Советская Латвия" ждал начала бункеровки. У причалов производили грузовые операции "Старый большевик", "Ким", "Минск", рыбацкое судно "Немирович-Данченко", а рядом с ним – буксир "Тайга". Грузопассажирский пароход "Феликс Дзержинский" взламывал лед нагаевской бухты, делая проход для судов. О том, что произошло дальше, рассказали свидетели страшной трагедии в порту Нагаево, случившейся 19 декабря 1947 года.

Капитан теплохода "Советская Латвия" П.С. Чигорь в интервью журналисту М. Избенко вспоминал: "Казалось, ничего не предвещало беды, порт работал в полную нагрузку, как вдруг на носовой палубе "Генерала Ватутина" раздался сильный глухой взрыв. Он вскрыл люки первого трюма, и оттуда повалил густой дым и вырвалось пламя. По всей вероятности, капитан С.В. Куницкий вовремя обнаружил пожар. Используя постоянную готовность судовой машины, он дал задний ход и начал двигаться в сторону выхода из порта. Прежде необходимо было развернуться, но на это не хватало ни времени, ни пространства. Двигаясь кормой, "Генерал Ватутин" чуть было не столкнулся с танкером "Совнефть". Капитан вовремя застопорил задний ход и стал малым ходом подрабатывать вперед до того места, пока судно не ткнулось носом в лед. А между тем в носовой части судна продолжал бушевать пожар, пока не раздался колоссальной силы взрыв. Кстати, уже перед лицом неизбежной гибели, когда пароход, можно сказать, был обречен, капитан до последнего момента отчаянно пытался вывести его из порта, выполняя свой гражданский долг, долг поистине настоящего моряка, готового пожертвовать собой ради безопасности соседних судов.

– От детонации, – вспоминал матрос "Выборга" Бирюков, – на нашем судне произошел взрыв капсюлей-детонаторов, расположенных в трюме № 1. От взрыва носовая часть "Выборга" сразу же отвалилась и пароход стал тонуть. Часть команды успела спрыгнуть на плот, где пострадавших подобрал пароход "Феликс Дзержинский".

От парохода "Генерал Ватутин", кроме осколков металла, разлетевшихся на многие сотни метров, ничего не осталось. На месте, где стоял "Выборг", торчали из воды только мачты. На самом причале оказались разрушенными все жилые и служебные постройки. Сила взрыва была такова, что суда, стоявшие на рейде и у причалов, получили сильные повреждения корпусов и механизмов.

– Трагедия произошла на моей вахте, – вспоминал бывший моторист теплохода "Старый большевик" А.Н. Шляпников. – Я находился на верхних решетках машинной шахты, когда услышал возбужденный голос. На минуту выскочил на палубу и увидел страшную картину. Столб пламени, словно из газовой скважины, вознесся над носовым трюмом "Генерала Ватутина". Около мили разделяло нас от горящего парохода, но все мы ощутили исходящее от него тепло. С кормы на лед спускались по штормтрапу люди, некоторые прыгали. Они бежали в поисках спасения к пароходу "Выборг", стоящему во льдах. Не имея возможности долго задерживаться наверху, я спустился в машинное отделение, и здесь глухой необычайной силы взрыв, словно пушинку, подбросил меня и ударил о верхние решетки. Очнулся я не сразу. С болью в голове и во всем теле с большим трудом я вылез из отсека льял [4] , заполненных холодной водой. Металлический настил был сорван со своего штатного места и представлял груду металла. Удивился, как же меня не прибило тяжелыми плитами? Дизель-генератор не работал, аварийное освещение вышло из строя. На ощупь добрался до генератора и запустил его в работу – появился свет. О степени взрыва можно было судить по лопнувшим крышкам подшипников гребного вала. Многие члены экипажа были сброшены взрывной волной с судна и в буквальном смысле плавали над причалом, так как уровень воды поднялся на три-четыре метра. Еще до взрыва наша команда совместно с моряками теплохода "Ким" спустила шлюпку и решила пойти на помощь "Генералу Ватутину". Но успели только отойти от борта, взрывом шлюпку разбило, а людей разбросало в разные стороны. К счастью, из команды никто не погиб, хотя часть экипажа пришлось госпитализировать.

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке