Запретные сказки

Шрифт
Фон

Эта книга издана для веселых людей, обладающих чувством юмора и любящих остроумные истории из интимной жизни человека. В нее включены наиболее интересные и веселые народные заветные сказки из собрания А. Афанасьева и Н. Ончукова.

Составление и обработка доктора филологических наук, профессора Татьяны Васильевны Ахметовой.

Издательство предупреждает: детям до 16 лет, ханжам и людям без чувства юмора читать книги этой серии запрещено!

Составитель Татьяна Васильевна Ахметова
ЗАПРЕТНЫЕ СКАЗКИ

ИЗ СОБРАНИЯ А. Н. АФАНАСЬЕВА

ЩУЧЬЯ ГОЛОВА

Жили-были мужик да баба, у них была дочь, девка молодая. Пошла она бороновать огород; бороновала, бороновала, и позвали ее в избу блины есть. Она пошла, а лошадь совсем с бороною оставила в огороде:

- Пущай постоит, пока вернусь.

Только у ихнего соседа был сын - парень глупой. Давно хотелось ему поддеть эту девку, а как - не придумает. Увидал он лошадь с бороною, перелез через изгородь, выпряг коня и завел его в свой огород. Борону хоть и оставил на старом месте, да оглобли-то просунул сквозь изгородь к себе и запряг опять лошадь-то. Девка пришла и далась диву:

- Что бы это такое - борона на одной стороне забора, а лошадь на другой?

И давай бить кнутом свою клячу да приговаривать:

- Какой черт тебя занес! Умела втесаться, умей и вылезать; ну, ну, выноси!

А парень стоит, смотрит да посмеивается.

- Хочешь, - говорит, - помогу, только ты дай мне…

Девка-то была боевая:

- Пожалуй, - говорит, а у нее на примете была старая щучья голова, на огороде валялась, разинувши пасть. Она подняла ту голову, засунула в рукав и говорит:

- Я к тебе не полезу, да и ты сюда-то не лазь, чтоб не увидал кто; а давай-ка лучше сквозь плетень. Скорей просовывай кляп-то, а уж я тебе подставлю.

Парень вздрочил кляп и просунул его сквозь плетень, а девка взяла щучью голову, раззявила ее и насадила на плешь. Он как дернет - и ссадил хуй до крови. Ухватился за кляп руками и побежал домой, сел в угол и заохал.

- Ах, мать ее так, - думает про себя, - да как больно пизда-то у нее кусается! Только бы хуй зажил, а я сроду ни у какой девки просить не стану!

Вот пришла пора; вздумали женить этого парня, сосватали его на соседской девке и женили. Живут они день, и другой, и третий, живут и неделю, другую и третью. Парень боится и дотронуться до жены. Вот надо ехать к теще; поехали.

Дорогой молодая-то и говорит мужу:

- Послушай-ка, милый Данилушка! Что же ты женился, а дела со мной не имеешь? Коли не можешь, на что было чужой век заедать даром?

А Данила ей:

- Нет, теперь ты меня не обманешь! У тебя пизда кусается. Мой кляп с тех пор долго болел, насилу зажил.

- Врешь, - говорит она, - это я в то время пошутила над тобою, а теперь не бойся. На-ка попробуй хочешь дорогою, самому понравится.

Тут его взяла охота, заворотил ей подол и сказал:

- Постой, Варюха, дай-кася я тебе ноги привяжу, коли станет кусаться, так я смогу выскочить да уйти.

Отвязал он вожжи и скрутил ей голые ляжки. Инструмент у него был порядочный, как надавил он Варюху-та, как она закричит благим матом, а лошадь была молодая, испугалась и начала мыкать (сани то туда, то сюда), вывалила парня, а Варюха так с голыми ляжками и примчалась на тещин двор. Теща смотрит в окно, видит: лошадь-то зятева, и подумала, верно это он говядины к празднику привез, пошла встречать, а это ее дочка.

- Ах, матушка, - кричит, - развяжи-ка поскорей, пока никто не видал.

Старуха развязала ее, расспросила, что и как.

- А муж где?

- Да его лошадь вывалила!

Вот вошли в избу, смотрят в окно - идет Данилка, подошел к мальчишкам, что в бабки играли, остановился и загляделся.

Теща послала за ним старшую дочь. Та приходит:

- Здравствуй, Данила Иванович!

- Здорово.

- Иди в избу, только тебя и недостает!

- А Варвара у вас?

- У нас.

- А кровь у нее унялась?

Та плюнула и ушла от него. Теща послала за ним сноху; эта ему угодила.

- Пойдем, пойдем, Данилушка, уж кровь давно унялась.

Привела его в избу, а теща встречает и говорит:

- Добро пожаловать, любезный зятюшка!

- А Варвара у вас?

- У нас.

- А кровь у нее унялась?

- Давно унялась.

Вот он вытащил свой кляп, показывает теще и говорит:

- Вот, матушка. Это шило все в ней было!

- Ну, ну, садись, пора обедать.

Сели и стали пить и есть. Как подали яичницу, дураку и захотелось всю ее одному съесть, вот он и придумал, да и ловко же вытащил кляп, ударил по плеши ложкою и сказал:

- Вот это шило все в Варюхе было! - да и начал мешать своей ложкою яичницу. Тут делать нечего, полезли все из-за стола вон, а он поел яичницу один и стал благодарствовать тещу за хлеб за соль.

БОЯЗЛИВАЯ НЕВЕСТА

Разговорились между собой две девки.

- Как ты - а я, замуж не пойду!

- А что за неволя идти-то! Ведь мы не господские.

- А видала ль ты, тот инструмент, каким нас обрабатывают?

- Видала.

- Ну и что же - толст?

- Ах, да у некоторых толщиною будет с руку.

- Да это и жива-то не будешь!

- Пойдем-ка, я потычу тебя соломинкою - и то больно!

Поглупей-то легла, а поумней-то стала ей тыкать соломинкою.

- Ох, больно!

Вот одну девку отец приневолил и отдал замуж. Оттерпела она две ночи и приходит к своей подруге.

- Здравствуй, подруга.

Та сейчас ее расспрашивать, что и как.

- Ну, - говорит молодая, - если б я знала, ведала про это дело, не послушалась бы ни отца, ни матери, уж я думала, что и жива-то не буду, и небо-то мне с овчинку показалось!

Так девку напугала, что и не напоминай ей про женихов.

- Не пойду, - говорит, - ни за кого, разве отец силою заставит, и то выйду ради одной славы за какого-нибудь безмудого.

Только был в этой деревне молодой парень, круглый бедняк; хорошую девку за него не отдают, а плохую самому взять не хочется. Вот он и подслушал ихний разговор.

- Погоди ж, - думает, - мать твою так! Найду момент скажу, что у меня кляпа-то нет!

Раз как-то пошла девушка к обедне, смотрит, а парень гонит свою худенькую да некованую клячу на водопой. Вот лошаденка идет, идет, да и спотыкнется, а девка так смехом и заливается. А тут пришлась еще крутая горка, лошадь стала взбираться, упала и покатилась назад. Рассердился парень, ухватил ее за хвост и начал бить немилостиво да приговаривать:

- Вставай, чтоб тебя ободрало!

- За что ты ее, разбойник, бьешь? - говорит девка.

Он поднял хвост, смотрит и говорит:

- А что с ней делать-то? Теперь бы ее еть да еть, да хуя-то нет!

Как услышала она эти речи, так тут же и уссалась от радости и говорит себе:

- Вот господь дает мне жениха за мою простоту!

Пришла домой, села в задний угол и надула губы.

Стали все за обед садиться, зовут ее, а она сердито отвечает:

- Не хочу!

- Поди, Дунюшка! - говорит мать, - или о чем раздумалась? Скажи-ка мне.

И отец говорит:

- Ну, что губы-то надула? Может, замуж захотела? Хочешь за этого, а не то за этого?

А у девки одно в голове, как бы выйти замуж за безмудого Ивана.

- Не хочу, - говорит, - ни за кого; хочу только за Ивана.

- Что ты, дурища, взбесилась али с ума спятила? Ты с ним по миру находишься!

- Знать, моя судьба такая! Не отдадите - пойду утоплюсь, не то удавлюсь.

Что будешь делать? Прежде старик и на глаза не принимал этого бедняка Ивана, а тут сам пошел набиваться со своею дочерью. Приходит, а Иван сидит да чинит старый лапоть.

- Здорово, Иванушка!

- Здорово, старик!

- Что поделываешь?

- Хочу лапти поплести.

- Лапти? Ходил бы в новых сапогах.

- Я на лыки-то насилу набрал пятнадцать копеек; куда уж тут сапоги?

- А что ж ты, Ваня, не женишься?

- Да кто за меня отдаст девку-то?

- Хочешь, я отдам.

Ну и договорились; в ту же пору обвенчали, отпировали, и повели молодых в клеть и уложили спать. Тут дело ясное; пронял Ванька молодую до крови, ну да и дорога-то была туда!

- Эх, я дура глупая! - подумала Дунька. - Что яи наделала? Все равно натерпелась страху, выйти бы мне за богатого! Да где он кляп-то взял? Дай спрошу у него. - И спросила-таки: - Послушай, Иванушка! Где ты хуй-то взял?

- У дяди на одну ночь занял.

- Ах, голубчик, попроси у него еще хоть на одну ночку.

Пришла и другая ночь; она опять говорит:

- Ах, голубчик, спроси у дяди, не продаст ли тебе хуя совсем? Да торгуй хорошенько.

- Пожалуй, поторговаться можно.

Пошел к дяде, сговорился с ним заодно и приходит домой.

- Ну что?

- Да что говорить! С ним не столкуешься; 300 рублей заломил, эдак не укупишь; где я денег-то возьму?

- Ну, сходи, попроси взаймы еще на одну ночку; а завтра я у батюшки выпрошу денег - и совсем купим.

- Нет уж, иди сама проси, а мне, право, совестно!

Пошла она к дяде, входит в избу, помолилась Богу и поклонилась.

- Здравствуй, дядюшка!

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора