Суматоха

Шрифт
Фон

Настоящий бизнесмен пойдет во имя своего бизнеса НА ВСЕ. Даже на брак с "наглой выскочкой" – дочкой конкурента!

Что можно ожидать от такого брака?

Конечно, ничего хорошего!

Но внезапно произошло нечто необъяснимое – и вот уже "суровый бизнесмен" и "наглая выскочка" превращаются в мужчину и женщину, страстно влюбленных друг в друга! И что теперь? Совершенно неизвестно что! Ведь НАСТОЯЩАЯ ЛЮБОВЬ – непредсказуема…

Содержание:

  • Глава 1 1

  • Глава 2 3

  • Глава 3 5

  • Глава 4 8

  • Глава 5 10

  • Глава б 13

  • Глава 7 17

  • Глава 8 20

  • Глава 9 22

  • Глава 10 25

  • Глава 11 27

  • Глава 12 30

  • Глава 13 31

  • Глава 14 33

  • Глава 15 35

  • Глава 16 38

  • Глава 17 41

  • Глава 18 42

  • Глава 19 45

  • Глава 20 47

  • Эпилог 49

Лиза Хендрикс
Суматоха

Глава 1

– Ничего смешнее в жизни не слышал. – Голос Мейсона, отраженный стеклами оранжереи, показался чужим и почти незнакомым.

Титания Александр, Тиш, как называли ее друзья, а немногочисленные враги подбирали словечко покрепче и погрубее, уже много лет не видела сына таким раздраженным, пожалуй, с тех пор, как он вернулся домой.

Допив кофе, Мейсон перевел взгляд с матери на сестру Миранду и снова уставился на Тиш.

– Кто из вас додумался до столь идиотского плана? – В ответ раздалось неразборчивое бормотание. – Позвольте мне предположить… – Он умолк, желая, чтобы до матери и сестры дошло его отношение к происходящему. – Это ведь ты, мама?

– Мейсон, право же, нет оснований говорить подобным тоном… Будто мы хотели совершить нечто преступное. – Тиш погладила белоснежного персидского кота Магуса, свернувшегося у нее на коленях. Тот замурлыкал, словно желая загладить саркастический тон Мейсона. Неудивительно, что ведьмы всегда держали кошек. – Ну хорошо. Да, это мне пришло в голову дать Каролине любовный напиток. Да, признаюсь, это моя идея. Но ведь все мы знаем, насколько это важно для тебя, Мейсон.

– Ты сам виноват, – заявила Миранда. – Если бы не твоя нарушенная аура, не понадобилось бы ни любовного напитка, ни приворота, чтобы заставить Каро выйти за тебя замуж.

– Подумай, что ты несешь! Аура. Любовный напиток. Ты говоришь, как цыганка, которая пытается изобразить из себя психолога, не имея понятия о том, что это за профессия.

– Настоящие цыгане, кстати, великолепные психологи, – заметила Тиш. – А мы не считаем себя ни цыганками, ни специалистами по психологии.

– Ну конечно, вы просто ведьмы, – фыркнул Мейсон.

– Да, дорогой, – терпеливо подтвердила мать. – Но Миранда права. При нынешнем плачевном состоянии твоей души не обойтись без помощи со стороны, и мы готовы ее предоставить. Тебе нужно ритуальное очищение.

– Тиш! – радостно воскликнула Миранда. – Изумительная идея!

– Мама, – поправил сестру Мейсон. – Она наша с тобой мать, а не твоя подружка.

Миранда не обратила внимания на брата.

– Можно попросить Рейвен, чтобы она это сделала.

– Рейвен Брайтуотер! Ворон светлой воды, – засмеялся Мейсон. – Господи, хотел бы я знать, чего она накурилась, когда выбирала себе такое имя. К сожалению, леди, я ничего не могу поделать с вами и с вашим сверхъестественным даром, но прошу вас оставить меня в покое. И Каролину тоже. Наши отношения развиваются прекрасно.

– Но она сказала "нет", – заметила Тиш.

– Просто тактический ход. Мы ведем переговоры.

– Ты говоришь так, словно речь идет о слиянии компаний, – нахмурилась Миранда.

– Вернее, о совместном предприятии. "Александр индастриз" и "Вик текнолоджиз".

– Одна корысть, и ничего больше. – Мейсона ничуть не задели ее слова.

– Будь уверена, Каролина знает, чего хочет от нашего партнерства. И я тоже.

– Какое черствое, холодное отношение друг к другу, – заметила Тиш.

– И очень реалистичное, мама. Подобные отношения прекрасно служат человеческому обществу многие тысячелетия. Надеюсь, ты сможешь это оценить, раз тебе импонируют принципы прошлого.

– Я надеялась, что у тебя, сынок, жизнь сложится по-другому, – вздохнула Тиш.

– Этот вариант лучший для всех нас. – Мейсон поставил на стол времен Людовика XIV стакан с соком. – Представьте, сколько магических кристаллов вы себе позволите, если в один прекрасный день наши батарейки завоюют рынок.

– Мы уже не имеем дела с кристаллами, – ответила Миранда.

– О! Тогда натащите в дом ушей тритонов и собачьих лап для шабаша. Или чем еще там ведьмы, пользуются.

– Глаз тритона и лягушачья лапка, – с усмешкой поправила его сестра. – Хотя у тебя степень Гарварда, но в твоей голове, по-моему, застряли стереотипы шекспировских времен.

– Не важно. Учтите, никто из вас не нальет варева в бокал Каролины, из которого она пьет виски со льдом.

– Мейсон, если ты не веришь в наше искусство, то какой вред от настоя трав?

– Зато вы обе верите и потому считаете, что у вас есть право вмешиваться в чужую жизнь. Я хочу получить от тебя обещание, мама, не вмешиваться в мою личную жизнь. Никаких приворотов, заговоров, никакого колдовства и любовных напитков.

– Но…

– Нет, мама. Ничего подобного. Не знаю, что ты налила вон туда. – Мейсон указал на крошечный синий пузырек, который не вовремя попался ему на глаза и стал причиной разговора. – Но я понюхал, и, должен сказать, запах весьма специфический. Я не хочу отравить Каролину.

– О, не глупи. Мы бы никогда…

– Мама, я тебя предупреждаю.

– Ну хорошо, – кивнула Тиш, давая понять, что признает свое поражение. – Никаких приворотов, никаких заговоров.

– Никакого вмешательства, ни в каком виде, – настаивал Мейсон.

– Ни в каком виде. Даю слово.

– Ты не скрестила пальцы под столом? – подозрительно спросил он.

Тиш показала руки, ее пальцы замелькали в воздухе, словно перебирали невидимые клавиши пианино, затем она приложила руки к груди.

– Я готова распять мое сердце, если ты хочешь.

– Ничего такого не понадобится.

Взглянув на часы, Мейсон встал, и она еще раз поблагодарила всех богов, что сын унаследовал отцовские шесть футов роста, а не ее никудышные пять.

– Я обещал показать Каролине розарий.

– Ужасная жара, дорогой. Вам наверняка захочется выпить чая со льдом.

– Хорошая мысль. Но сначала… – Мейсон подхватил синюю бутылочку и, прежде чем Тиш успела запротестовать, вылил содержимое в горшок с пальмой. – Так будет намного лучше. Никакого искушения.

Он покинул комнату с самодовольной улыбкой.

Вся их работа насмарку. Тиш посмотрела ему вслед, а Миранда села рядом с ней. Они все тщательно рассчитали, приглашая Каролину на эти выходные, поскольку любовный напиток готовят при убывающей луне и как можно ближе к летнему солнцестоянию. Плохо, нет, просто ужасно, что Мейсон не в состоянии понять всей пользы от их стараний. Пользы для семьи Александр.

– Я иногда очень волнуюсь за твоего брата, – тяжело вздохнула Тиш.

– Он такой… чертовски серьезный, ответственный, – подыскала слово Миранда, ткнув кулаком в гобеленовую подушку, которая в данный момент служила ей заменой Мейсона.

– Хорошая черта. Если бы ваш отец обладал таким качеством в большей мере, имя компании гремело бы, и Мейсон не оказался бы в столь безнадежном положении.

Малькольм был хорошим человеком, превосходным мужем и отцом, но посредственным бизнесменом. Он давно начал заниматься электрическими батарейками, свято веря, что они изменят мир. Все наличные деньги компании и большую часть личного состояния он вложил в бесполезные патенты, которые годились только для научно-исследовательских работ. После смерти отца Мейсону досталась компания с большими долгами, и с ними надо было расплачиваться.

К сожалению, у Малькольма был патент по-настоящему выгодного дела – батареек, а он не воспользовался его возможностями. Мейсон нашел материалы в папке, но уже не мог развивать этот бизнес, поскольку у "Александр индастриз" не было наличных, и компания, по всем статьям пребывающая в 60-х годах, медленно умирала. Конечно, семье Александр хватало средств на жизнь, и весьма приличную, благодаря выгодным трастам, но деньги Каролины Викершем – единственная надежда компании на возрождение.

– Он собирается жениться, совершенно не заботясь о том, что его будущая жена даже не влюблена в него. – Миранда вздохнула. – Он и сам тоже не влюблен в Каролину. Разумеется, я не думала, что Мейсон сгорает от любви и теряет рассудок, но надеялась, что он, по крайней мере, испытывает к Каролине хоть какие-то чувства. А он влюблен в ее банковский счет.

– Знаю. Мейсон старается заботиться о нас, обо всех нас, дорогая. Ситуация очень тяжелая, мы должны его благодарить.

– Да, но это так… неромантично.

– Боюсь, после Элизабет он разочаровался в романтике навсегда. – Тиш не любила вспоминать даже имя бывшей невестки.

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора