Игра всерьез (2 стр.)

Шрифт
Фон

- Нет, это платье достаточно сексуально, чтобы лишить мужчину рассудка, и вместе с тем его невозможно снять… - Улыбнувшись, Филипп убрал с ее лица светлую прядь, выбившуюся из замысловатой прически, и Джейн чуть не растаяла под его жарким взглядом. Ее муж снял свой элегантный серый костюм и стоял перед ней в шелковых спортивных трусах в серо-белую полоску. Его покрытое легким загаром сильное тело бесспорно производило впечатление на неискушенную девушку, а от неприкрыто горевшего в глазах мужчины огня желания у нее подкашивались ноги.

Вдруг Джейн поняла, что очень нервничает и так сильно хочет его, что у нее пересохло в горле и что-то странное происходит с сердцем. Но им надо успеть на самолет, времени на занятия любовью не остается…

- Вероятно, модельер весьма серьезно заботился о целомудренности невесты, изготавливая это свадебное платье, - хриплым голосом попыталась пошутить Джейн.

- Как и я, - пробормотал Филипп, наклоняясь, чтобы поцеловать жену в шею, - но сейчас и нам следует забыть об интимных отношениях, а то опоздаем на самолет.

- О Фил… - Волна желания заставила Джейн на время забыть о расписании полетов.

Неожиданная трель стоящего рядом с кроватью телефона отвлекла молодых людей от процесса снятия платья. Филипп возвел полные страдания глаза к потолку и направился к телефону, демонстрируя всем своим видом, как ему не хочется этого делать. Расстегнув еще одну пуговицу и продолжая возиться с остальными, Джейн восхищенно поглядывала на широкие плечи и сильные мышцы спины своего супруга. Внимательно слушая собеседника на другом конце линии, Филипп нетерпеливо теребил упавшую ему на лоб прядь темных волос. Коротко пробормотав что-то в ответ, он положил трубку.

- Что случилось?

- У моего шафера кое-какие неприятности, - слегка нахмурившись, сказал он. - Извини, но я должен отлучиться. Это не займет много времени.

Надев брюки и рубашку, приготовленные в дорогу, он запечатлел на губах Джейн легкий поцелуй и направился к двери.

- Если я вернусь, а на тебе все еще будет это платье, я просто разрежу его на мелкие кусочки, - пригрозил Филипп. Последнее, что она запомнила, прежде чем он вышел, была его улыбка.

Когда через несколько минут раздался стук в дверь, Джейн подумала, что Филипп уже вернулся. Но вместо него на пороге появилась Николь, ее темноволосая свидетельница, выглядевшая очень хорошенькой в платье персикового цвета. В руке девушка держала большой коричневый конверт.

- Тут тебе какой-то загадочный пакет. - Николь прошла в комнату и бросила конверт на туалетный столик и с притворным удивлением огляделась. - Что ты сделала со своим мужем? Он потерялся?

- Звонил Питер, у него какие-то проблемы. И Филипп отправился вниз разбираться. А что это за конверт, Николь?

- Только что доставили с посыльным, и, по словам портье, что-то весьма срочное. - С нежностью и вместе с тем с некоторой долей зависти Николь смотрела на подругу. - Ну и повезло же тебе - вышла замуж за такого божественного мужчину. Как Филипп смотрел на тебя, когда целовал у алтаря… О Господи, умереть можно! На такой романтичной свадьбе я еще никогда не была подружкой невесты!

- По-моему, это вообще первая свадьба, где ты была подружкой невесты? - произнесла с иронией Джейн.

- Хм… верно. Но послушай, вроде бы мне удалось поладить со свидетелем Филиппа. Чем черт не шутит, а вдруг я тоже выйду замуж за крутого американского миллионера!

- А откуда тебе известно, что Питер тоже миллионер? Ты ведь познакомилась с ним всего несколько часов назад, - улыбнулась Джейн, продолжая возиться с очередной пуговицей.

- Тебе помочь?

- Нет, я уже почти закончила… - Джейн изобразила на лице изнеможение от трудной работы и бросила беспокойный взгляд на свое отражение в зеркале. В широко раскрытых зеленых глазах читалось едва сдерживаемое волнение, слегка удлиненное лицо обрамляли длинные волнистые пряди светлых волос. - Ах, эти чертовы пуговицы…

- Ну-ка, дай мне. - Подруга пришла на помощь Джейн. - Вообще-то этим должен заниматься Филипп, не так ли?

Джейн почувствовала, как ее шея и лицо стали покрываться краской. Николь в недоумении покачала головой.

- Смущенная невеста! Ну прямо как в прошлом веке! - Подруга тихо рассмеялась. - Не станешь же ты утверждать, что по-прежнему стесняешься Филиппа? Джейн, дорогая, я помню, что вы познакомились недавно, но ведь ты наверняка уже спала с ним…

- Николь, ты моя лучшая подруга, и я тебя очень люблю, но будь любезна, не лезь в мои дела! - спокойно, но твердо оборвала ее разглагольствования Джейн, судорожно вздохнула и постаралась взять себя в руки.

- Ладно уж, ладно, но если что, можешь спросить совета у тетушки Николь. - Подруга кивнула головой в сторону толстого коричневого конверта. - И ради Бога, распечатай наконец письмо! Я умираю от любопытства.

Взяв конверт с туалетного столика, Джейн с недоумением начала рассматривать его. Надпись на коричневой бумаге гласила: "Миссис Филипп Эшли, срочно", адрес был не указан. В левом верхнем углу конверта стояла приписка: "Лично", начертанная толстым фломастером. Почерк казался незнакомым.

- Надеюсь, это не бомба, - рассмеялась Джейн.

Улыбнувшись в ответ, Николь закончила расстегивать подруге пуговицы и стянула свадебное платье с изящных плеч новобрачной.

- Вроде не похоже. Если только Стивен, обезумев, не решился отомстить за то, что ему предпочли Филиппа.

Стивен Кэртис, о котором упомянула Николь, был молодым человеком из "хорошей семьи", с которым Джейн была помолвлена до того, как в ее жизнь стремительно ворвался Филипп Эшли. В начале знакомства с Филиппом Джейн не питала к нему особых симпатий, но постепенно тому удалось завоевать себе особое место в ее сердце, и сейчас девушка не представляла без него своей дальнейшей жизни…

- Не думаю, что Стив столь агрессивен, - небрежно бросила Джейн, вызвав в памяти образ корректного молодого человека. Она уселась на стул и, сломав печать, высыпала содержимое конверта на туалетный столик. - И потом… - Девушка резко оборвала начатую фразу и медленно стала перебирать рассыпавшиеся по полированной поверхности красного дерева бумаги: какие-то документы, листок с текстом без подписи и фотографии. Джейн затаила дыхание, ей было страшно даже пошевелиться.

- Николь… - ее голос охрип и показался чужим и далеким, - …будь любезна, сходи и выясни, не закончил ли Филипп свои дела с Питером.

- Конечно… Дженни, с тобой все в порядке? Что это за письмо?

В зеркале туалетного столика появилось отражение темноволосой головы Николь, в карих глазах подруги явно читалось беспокойство. Еще не отдавая отчета в своих действиях, скорее повинуясь инстинкту, Джейн сгребла бумаги в кучу и накрыла рукой, уберегая содержимое от любопытных глаз подруги.

- Да… я… Мне нужно немного побыть одной.

Как только Николь вышла, причем сделала она это очень неохотно, Джейн вскочила и заперла дверь, затем с бешено колотящимся сердцем еще раз, более внимательно просмотрела содержимое конверта, вчитываясь в каждую бумажку… Время для нее словно остановилось. Она не знала, сколько просидела, уткнувшись в бумаги. В конце концов Джейн поняла, что рыдает. Причем истерически, обливаясь потоками слез и громко всхлипывая. Ужаснувшись небывалой для нее потере контроля над своими чувствами, Джейн судорожно попыталась перевести дух и прерывисто вздохнула.

Очень давно она так не плакала, разве что в детстве от какой-нибудь горькой и безнадежной несправедливости. Джейн рыдала так горько, что при каждой попытке схватить глоток воздуха она чувствовала, как болело от напряжения горло.

Наконец рыдания потихоньку утихли, и девушка бросила взгляд на свое отражение в зеркале. На нее смотрела незнакомка с красным зареванным лицом и в наполовину снятом свадебном платье. Слезы смыли тщательно нанесенную известным визажистом косметику. Через тридцать минут - нет, и того меньше - ей нужно быть в аэропорту, откуда самолет унесет их на Карибы, туда, где она с супругом должна провести благословенный медовый месяц. С супругом - хорошо известным по обе стороны Атлантики состоятельным торговцем предметами искусства, пользующимся репутацией человека, который самостоятельно сделал свою карьеру и не стесняется в выборе средств для достижения цели. С человеком, чьей женой она недавно стала. Плохо ли, хорошо ли… но несколько минут назад ей это казалось вершиной счастья. Достойным завершением столь стремительного романа…

Джейн с ужасом снова бросила взгляд на разбросанные по столику бумаги и зажмурила глаза. Собраться с мыслями было трудно. Очевидно, это дурной сон или чья-то дурацкая шутка. Разве можно поверить, что ее муж способен на такое? Хотя эти документы и выглядят подлинными. И потом, так ли уж хорошо она знает Филиппа?

Неужели ее мать, да и многие другие знакомые, которые выражали сомнения по поводу ее замужества, оказались правы? Джейн вспомнила лицо матери, когда та сегодня утром, одетая в великолепный серо-бежевый костюм, в шляпке, перчатках и с сумкой из замши в тон костюму, спускалась по широкой лестнице их дома. Внешне она казалась довольной скоропалительным замужеством дочери, было очевидно, что несомненное обаяние Филиппа покорило ее мать, но все же Джейн подозревала, что, будь воля матери, человеком, ожидающим ее этим утром в церкви, стал бы Стивен…

Но теперь уже что-либо менять слишком поздно. Джейн бросила отчаянный взгляд на тонкий безымянный палец своей левой руки, где рядом с массивным золотым обручальным кольцом примостилось кольцо с огромным бриллиантом.

Теперь она миссис Эшли. И, как оказалось, совершенно не знает своего мужа.

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке