Мозаика судеб

Шрифт
Фон

Героиня романа Барбары Виктор Габриэла переживает развод с мужем и расставание с дочерью, решившей остаться с отцом.

Габриэла покидает Америку и два года работает в Париже фотокорреспондентом, пока неожиданная смерть бывшего мужа не заставляет ее вернуться в родной Фрипорт.

Встреча с дочерью, знакомство с Ником Тресса заставляют Габриэлу встряхнуться, возродиться вновь, воссоединиться с дочерью и обрести любимого мужчину.

Барбара Виктор
Мозаика судеб

Пролог

– Неужели даже ракетку в руки не брала? – не поверил Пит.

– И близко к корту не подходила, – шутливо поклялась Адриена.

– Точно?..

– Пит, кому лучше знать…

После нескольких минут игры Пит совершенно выдохся:

– Черт, что-то я совсем сдал.

– Ты слишком суетишься, стараешься ударить как можно сильнее, – объяснила Адриена.

– Мне не нужно от тебя поблажек! Давай по диагонали, обводящим…

– Не так, не так… Поменьше прыти. Почувствуй себя раскованно… – давала советы партнерша Питу по ходу игры.

– Пощади, Адриена, я не играл целых три недели, – взмолился Пит.

– Ничего, ничего, побегай, потрудись, иначе тебе не набрать форму.

– Что-то мне надоело это занятие.

– Ты рано сдаешься!

– Я же вижу, ты тренировалась, пока я отдыхал.

– Пару раз… Как и ты, вероятно…

– Что-то не верится… Ты меня вконец загоняла, – задыхаясь, сказал Пит и рукавом вытер пот со лба.

– А ты не усердствуй… Играй легко, непринужденно…

– Ага, особенно когда ты посылаешь такие мертвые мячи.

– Не ной, все идет хорошо. Не теряй мяч из вида… Вот так! Ты же сам просил как следует погонять тебя. Готова…

Пит сделал подачу и поморщился.

– Двойной промах! – обрадованно воскликнула Адриена, когда мяч снова угодил в зеленую разделительную сетку. Она перешла на другую сторону и, чуть пригнувшись, приготовилась к приему мяча. – Как тебе нравятся эти цифры "тридцать" и "ноль"?!

– Черт возьми! – взорвался Пит. – Мы же договорились не вести счет, а теперь, пожалуйста: тридцать – ноль!

– Что ты кипятишься, это только игра.

– Конечно, игра, когда ты выигрываешь, а когда впереди я, то это третья мировая война. – Пит начал делать рукой размашистые круговые движения, словно разминая мышцы.

– Судорогой свело? – спросила Адриена и, пользуясь паузой в игре, нижним краем тенниски оттерла пот с лица.

– Как будто что-то внутри покалывает, – мрачно ответил Пит.

– Когда ты проигрываешь, у тебя вечно что-нибудь не так.

– Спагетти были просто замечательные… – тяжело вздохнув, сказал Пит.

– Вот есть надо как раз поменьше, а теннисом заниматься побольше, – поддразнила его Адриена. – Ладно, подавай…

Она опять наклонилась, приготовившись к приему подачи.

Питер Моллой, как обычно, несколько раз переступил у задней линии, потом подбросил мяч вверх и с силой пробил.

Адриена метнулась вперед, однако мяч просвистел мимо ее ракетки.

– Здорово! – выкрикнула она. – А ну-ка, еще разок!..

То, что случилось в следующее мгновение, когда приободренный удачной подачей Пит вновь взмахнул ракеткой и в ту же секунду повалился на газон, она потом долго вспоминала с ужасом. Точнее, старалась не вспоминать – стерла сковавшее оцепенение, охватившее ее, ясное ощущение свершившейся беды; постаралась вычеркнуть из памяти тот солнечный день, безмятежную, сладкую истому позднего утра и, конечно, Пита, распростершегося на земле с раскинутыми руками, в одной из которых он продолжал сжимать ракетку. Тем не менее в сознании еще долгие годы всплывало воспоминание, как она бросилась к нему, перепрыгнув прямо через сетку, ее собственный крик… Нет, выворачивающий душу вопль, напугавший ее саму:

– Боже мой, Пи-ит!..

Что еще разрешала себе вспоминать? Вросшую в газон пару на соседнем корте, округлившиеся глаза женщины… Неужели у нее самой тоже были такие глаза?

Помнится, она еще раз воскликнула:

– Ну, кто-нибудь! Помогите же!..

Она в тот момент уже стояла на коленях возле Пита, дотронулась до лица, принялась трясти за плечи неподвижное тело, молила его:

– Ну, пожалуйста… Не притворяйся, Пит. Вставай! Вставай!..

Пара с соседнего корта поспешила на помощь Адриене. Подбежали… Женщина, открыв рот, – в глазах ее застыл ужас, – попятилась, мужчина присел на корточки рядом с Адриеной. Он тяжело дышал.

– Пожалуйста, – прошептала она тогда. Верно, она так и прошептала: – Пожалуйста, сделайте что-нибудь…

Мужчина ничего не ответил, торопливо начал щупать пульс на шее Пита – там, где сонная артерия… Потом повернулся и крикнул женщине:

– Позвони девятьсот одиннадцать. Быстро!

Та побежала в сторону раздевалок, буквально врезавшись в группу спешащих на помощь мужчин. После короткой заминки женщина помчалась в сторону конторы, а подбежавшие люди окружили Пита.

Он лежал в неестественной позе – лицо его серело на глазах. Жуткое ощущение надвигающейся тени… Спортивная рубашка задралась, обнажив загорелое тело, ракетку он по-прежнему сжимал в руке… Один мяч валялся под сеткой, другой все еще распирал карман шортов…

Мужчины занялись Питом, перевернули его на спину – кровь тут же хлынула изо рта, потекла по шее, испачкала тенниску. Адриена закричала. Сосед по корту, подбежавший первым, схватил ее за плечи, но спазм, сжавший ее горло, оборвал крик, и Адриена безмолвно следила за человеком, принявшимся делать Питу искусственное дыхание изо рта в рот. Другой в это время массировал сердце.

– Джек, поосторожнее, – сказал мужчина, державший Адриену за плечи. – Ты же в этом ничего не понимаешь!

Человек, которого назвали Джеком, обратился к тому, кто надавливал на грудную клетку Пита:

– Не торопись… Нажимаешь слишком часто…

Он опять принялся вдувать воздух в легкие Пита.

Слезы текли по щекам Адриены, скапливались в уголках рта, и она не вытирала их.

– Вы – доктор? – неожиданно спросила она Джека.

– Нет, я – бухгалтер.

Адриена попыталась оттащить его от тела, но мужчина оттолкнул ее руку.

– Вы не смеете прикасаться к нему! – закричала она. – Видите, у него кровь пошла горлом! Вы что, сумасшедший? – Затем хриплым громким шепотом добавила: – Вы же не знаете, что с ним.

Она совсем потеряла голову…

– Он был со мной, – Адриена принялась исступленно объяснять. – Понимаете, со мной…

Никто не обратил на ее слова внимания. Двое мужчин продолжали делать искусственное дыхание.

Через несколько минут к собравшейся толпе устремились выскочившие из остановившейся невдалеке машины "скорой помощи" медики. Работали они слаженно, быстро, но без спешки – достали пузырьки с какими-то лекарствами, расправили кислородную маску, моментально раскрутили несколько сложенных в жгуты проводов, подключили к аппарату с помощью присосок контакты на грудь Пита. Дали ток…

Слишком поздно. Включили аппарат еще раз… Ничто не помогало… Жизнь покидала его тело, – видимо, ему не хватило сил удержать ее. Глаза Пита не мигая, пусто смотрели в безоблачное небо. Что видела в те мгновения его душа, какие бездны разверзлись перед ней? Врачи отсоединили провода, сняли кислородную маску. Адриена, опустившись на колени, наклонилась над Питом – слезы все еще текли по ее лицу, – стерла кровь со щеки, дрожащей рукой погладила его волосы. Неожиданно она уронила голову ему на грудь и разрыдалась:

– Зачем?.. Зачем?.. Что же мне теперь делать без тебя?

– Вы были здесь, когда случилось несчастье? – Человек в белом халате обратился к ней.

Адриена не ответила.

– Я присутствовал, – откликнулся бухгалтер, – он только было собрался подавать, вскинул мяч и сразу повалился.

– Очевидно, сердце отказало. Хотя ничего определенного нельзя сказать до вскрытия… – добавил второй врач.

– Похоже, что так, – согласился Джек. – Парень был в скверной форме. – Он задумчиво покачал головой. – Возможно, он переусердствовал – приходил на корт три раза в неделю. Потом после тренировки горстями глотал какие-то витамины. Совершенно свихнулся.

– Кто-нибудь знает этого человека? – Врач указал на Пита. – От его партнерши ничего сейчас не добьешься, она в шоке, – добавил он, глядя на Адриену.

– Это окружной прокурор из Насау, – ответил служащий теннисных кортов.

Адриена подняла голову и слабым голосом спросила:

– Он умер?

– К сожалению, да, – смущенно ответил медик. Он помог ей подняться.

Адриена отступила на полшага и сильно сжала губы, чтобы вновь не разрыдаться.

– Вы его жена? – поинтересовался Джек, поддерживая ее под руку.

– Нет, – с трудом произнесла она. – Мы должны были пожениться через несколько дней…

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке