Братство страха: Роман о Майкрофте Холмсе

Шрифт
Фон

Достопочтенная Джин Конан Дойл впервые дала разрешение на публикацию серии романов, составляющих продолжение Холмсианы, созданной ее знаменитым предком. Героем произведений является Майкрофт Холмс, старший брат Шерлока Холмса. Эти захватывающие приключения доставят удовольствие и знатокам жанра, и читателям, впервые открывающим для себя мир классического детектива.

Содержание:

  • Глава 1 1

  • Глава 2 3

  • Глава 3 6

  • Глава 4 8

  • Глава 5 11

  • Глава 6 13

  • Глава 7 16

  • Глава 8 18

  • Глава 9 20

  • Глава 10 22

  • Глава 11 24

  • Глава 12 26

  • Глава 13 28

  • Глава 14 30

  • Глава 15 32

  • Глава 16 35

  • Глава 17 36

  • Глава 18 38

  • Глава 19 40

  • Глава 20 42

  • Глава 21 44

  • Глава 22 46

  • Глава 23 47

  • Глава 24 49

  • Глава 25 51

  • Глава 26 53

  • Глава 27 55

  • Глава 28 57

  • Глава 29 59

  • Глава 30 61

  • Эпилог 62

  • Примечания 63

Куинн Фосетт
Братство страха

Достопочтенная Джин Конан Дойл впервые дала разрешение на публикацию серии романов, составляющих продолжение Холмсианы, созданной ее знаменитым предком. Героем произведений является Майкрофт Холмс, старший брат Шерлока Холмса. Эти захватывающие приключения доставят удовольствие и знатокам жанра, и читателям, впервые открывающим для себя мир классического детектива.

Майкрофт Холмс, о котором великий сыщик-консультант Шерлок говорил как о человеке, в еще большой степени, нежели он сам, одаренном наблюдательностью и способностью к дедуктивному мышлению, появляется на страницах лишь четырех рассказов о Шерлоке Холмсе. Нам известны только отдельные детали его жизни. Впрочем, их вполне достаточно, чтобы пробудить любопытство читателя. Справедливы ли слова о том, что Майкрофт порой играет главенствующую роль в британском правительстве? Ведь он крайне редко уходит от своего дома на Пэлл Мэлл дальше чем через дорогу, - в уютный клуб "Диоген".

В романе "Братство страха" с жизни Майкрофта Холмса и его неведомых прежде сотрудников впервые снимается завеса. Появляются слуга Холмса, отставной военный, который, видимо, был в прошлом шпионом, актер Саттон, чье умение безупречно изображать Майкрофта оказывается жизненно необходимым для последнего, и молодой Гатри, новый секретарь Майкрофта, который помимо важной роли в романе выполняет обязанности летописца, отведенные Конан Дойлом доктору Уотсону. Прекрасное образование Гатри не подготовило его ни к тому, чтобы окунуться в мир международной политики, где идет борьба без всяких правил, ни к встрече с красивой и хитрой мисс Гэтспи - воровкой, шпионкой и убийцей, но он успешно преодолевает все встречающиеся на пути трудности.

Действие романа насыщено удавшимися и неудавшимися убийствами, похищениями и диверсиями, в нем действует множество тайных агентов, работающих на двоих и троих хозяев, строят свои козни анархисты, и все это написано в прекрасном стиле Артура Конан Дойла.

Куинн Фосетт занимал видное положение в судебном ведомстве. Много путешествовал по свету. Он рыцарь Шотландского ордена Тамплиеров. Всю жизнь, сколько он себя помнит, Фосетт увлекается произведениями о Шерлоке Холмсе и считает великой честью с любезного разрешения достопочтенной Джин Конан Дойл продолжить летопись братьев Холмс.

Образ Майкрофта Холмса используется автором с любезного разрешения достопочтенной Джин Конан Дойл.

Глава 1

В июне 1887 года я поступил на службу к самому замечательному человеку, которого мне когда-либо посчастливилось знать, - Майкрофту Холмсу. Своими достоинствами этот джентльмен превосходил всех людей, с которыми мне приходилось ранее встречаться. Он обладал исключительным интеллектом, сверхъестественной проницательностью и чувствительным характером. Это сочетание качеств вынуждало его к образу жизни, который для большинства оказался бы непосильным, но как нельзя больше устраивал мистера Холмса, который как раз в это время собирался отметить свой сорок четвертый день рождения. Это был высокий, грузный человек с крупной продолговатой головой. На его лице выделялись густые брови, орлиный нос и глубоко посаженные серые глаза. Вероятно, путем долгой тренировки он научился скрывать свои чувства, но его губы иногда против воли белели от сдерживаемого гнева, да порой он в раздумье крутил в пальцах цепочку от часов. Хотя в то время он вел малоподвижный и крайне однообразный образ жизни, почти не отступая от раз и навсегда принятых обычаев, из записей в его дневниках можно сделать косвенный вывод о том, что он провел весьма бурную и полную всяческих опасностей молодость. Сам мистер Холмс признавал, что в юные годы ему несколько раз доводилось попадать в неприятные переделки; я же предполагал, что именно от них у него остались жестокость в характере и рубцы на теле. На шее сзади из-под воротничка выглядывал застарелый шрам, но мне так и не довелось узнать ни его происхождение, ни насколько серьезной была эта давняя рана.

Майкрофт Холмс жил на Пэлл Мэлл, почти напротив своего клуба. Он занимал во втором этаже квартиру, состоявшую из гостиной, кабинета, спальни, столовой, кухни, ванной и комнаты для слуги. Обстановку в основном составляла антикварная мебель, относившаяся ко времени Стюартов, хотя несколько предметов и выпадали из общего стиля: например, секретер в его гостиной был сделан во Франции во времена Наполеона. Майкрофт Холмс утверждай, что он достался ему от бабушки-француженки. Везде были великолепные турецкие ковры, но один из них, похоже, стоил больше, чем все остальные вместе взятые. Вся квартира была уставлена старинными медными восточными сосудами; мистер Холмс по большей части использовал их для выращивания экзотических растений. Но его интерес к садоводству не исчерпывался красотой цветов. Он чрезвычайно интересовался ядами и наркотиками; в его домашней плантации были смертельно опасные цветы, к которым он никому не разрешал прикасаться. Комнаты, хотя ежедневно в них делали уборку, постоянно были захламлены, так как Майкрофту Холмсу хотелось иметь под рукой все, что ему может понадобиться в следующий момент. Нигде не видно было ни картин, ни гравюр, зато в гостиной и столовой висела дюжина взятых в рамки карт Индии, России и Китая - несомненно, наследство его предыдущих мест службы. Две из карт были порваны, а на одной, почти посредине, темнело подозрительное пятно. По словам мистера Холмса, это было всего-навсего виски. В холле, подле лестницы, стояли четыре больших медных урны; вокруг их горловин змеились надписи арабской вязью. Мистер Холмс объяснил мне, что это просто тексты из священных писаний и, вопреки моим первоначальным предположениям, не содержат ничего зловещего.

Я оказался личным секретарем Майкрофта Холмса сразу же, как только прибыл в Лондон из Стирлинга; там я служил секретарем у мистера К. Т. Ж. Эндрюса-Ниммо, который взял меня на службу сразу же после окончания школы благодаря моим способностям к языкам. Именно мистер Эндрюс-Ниммо обратил на меня внимание мистера Холмса и дал мне прекрасные рекомендации, за что я всю жизнь буду ему благодарен.

Кстати, мое имя Патерсон Эрскин Гатри. Мой отец, мелкий штабной офицер, умер в Крыму во время войны от какой-то болезни. К началу описываемых событий мне было двадцать девять лет, практически еще в колыбели я был помолвлен с Элизабет Ридейл, и поэтому доставленное мне послание от мистера Холмса вселило надежду и в мою мать, и в мать моей невесты. Во мне нет ничего примечательного, не считая, может быть, того, что правый глаз у меня зеленый, а левый голубой, да к тому же я левша.

С первых же дней, проведенных на службе у мистера Холмса, я привык подниматься в шесть часов, чтобы, наскоро перекусив, быть готовым в семь утра приступить к своим обязанностям: разбирать и переписывать заметки, которые он сделал минувшей ночью. Сам мистер Холмс редко поднимался раньше девяти и не любил, чтобы в это время бумаги загромождали письменный стол и мешали сосредоточиться на изучении и анализе информации, которая поступала к нему из множества источников. Именно такова была работа, которую он делал для правительства Ее Величества.

Но однажды в середине октября, явившись на службу теплым утром, во вторник, который ничем не отличался от других будних дней, я обнаружил, что Холмс не только уже поднялся, но полностью одет - во фраке, черном жилете и темных полосатых брюках, он сидит за столом, а перед ним завтрак: яичница, холодная говядина и горячие булочки.

- Заходите, Гатри, - кратко приветствовал он меня, подняв взгляд от еды.

Не ожидая увидеть своего патрона в столь ранний час, я, удивленный, поклонился.

- Доброе утро, сэр. Надеюсь, все в порядке?

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке