1973, Смертельная скачка

Шрифт
Фон

Содержание:

  • Глава 1 1

  • Глава 2 2

  • Глава 3 3

  • Глава 4 6

  • Глава 5 7

  • Глава 6 11

  • Глава 7 13

  • Глава 8 14

  • Глава 9 17

  • Глава 10 18

  • Глава 11 20

  • Глава 12 23

  • Глава 13 25

  • "С 14". 27

  • Глава 14 28

  • Глава 15 30

  • Глава 16 33

  • Глава 17 34

  • Глава 18 37

  • Глава 19 40

  • Примичания - Примечания - 1 40

Дик Фрэнсис
1973, Смертельная скачка

Глава 1

Серая холодная вода сжимала борта ненадежной лодчонки. Я вздрогнул при мысли, что под нами пятьсот футов этой воды. И потом скалистое морское дно.

Мы отошли на час пути от Осло, и тогда мой друг Арне Кристиансен, выключив мотор, приготовился отвечать на мои вопросы.

Пасмурный мглистый день обещал дождь. Пронизывающий ветер свистел в ушах. Ноги у меня даже в теплых ботинках через четверть часа одеревенели. И немудрено: здесь, в фьорде, уже в октябре температура падает до сорока градусов по Фаренгейту . Из нас двоих только Арне не замечал холода. Потому что я был без шляпы, без свитера, в легком плаще, надетом на обычный костюм. А Арне хорошо подготовился к нашей прогулке: красная двойная вязаная шапка с завязками под подбородком, закрывавшая уши, голубые штаны на теплой подкладке, всунутые в короткие, обтягивающие ногу резиновые сапоги, и красная парка, застегнутая впереди на серебристые кнопки. Выглядывавшие на шее черные и желтые полоски толстого свитера говорили о том, что и под паркой Арне одет тепло.

Арне отклонил приглашение прийти ко мне в "Гранд-отель", где я остановился, и назначил по телефону место встречи у памятника на Радхусплассен, огромной площади перед портом. Даже на этой открытой всем ветрам площади он все время бормотал о том, что нас могут подслушать с помощью аппаратуры, улавливающей звук на больших расстояниях. Поэтому Арне настоял, чтобы мы беседовали в лодке посередине фьорда. Прошлый опыт подсказывал, что лучше смириться с его вечной манией преследования. Это будет кратчайший путь к цели. Пожав плечами, я последовал за ним к набережной, где рядом со ступеньками, ведущими к воде, покачивалась на волнах бледно-зеленая плексигласовая лодка. Почти игрушечная.

Я совсем забыл, что на воде всегда гораздо-гораздо холоднее. И теперь, всунув замерзшие руки поглубже в карманы плаща, повторил последний вопрос:

- Как можно контрабандой вывезти из страны шестнадцать тысяч крон?

Прошло с десяток секунд, и никакого ответа. Арне выдавал слова с такой же щедростью, с какой налоговый инспектор предлагает скидку.

Он поморгал, потом опустил веки, будто обдумывая очередной ход в похожей на шахматы игре мыслей. Не то чтобы он сомневался, нет. Арне, как всегда, взвешивал все возможные последствия: ответ А может вызвать одну из пяти предполагаемых реакций, но ответ Б поведет к шести дополнительным вопросам, не будет ли разумнее предложить ответ В? Хотя в таком случае…

Эта особенность иногда делала разговор с ним невыносимо медленным.

Я попытался чуть подтолкнуть его:

- Ты говорил, что украденные деньги были в монетах и мелких купюрах. Сколько они занимали места? Могли бы уместиться в обычном кейсе?

Он снова несколько раз моргнул.

- Ты считаешь, он мог пройти с таким кейсом через таможню? Арне моргнул.

- Или ты думаешь, что он все еще где-то в Норвегии?

Арне открыл рот и ворчливо проговорил:

- Кто же знает.

- Когда иностранец останавливается в отеле, - сделал я еще одну попытку, - он должен заполнить анкету и показать паспорт. Анкету отправляют в полицию. Полиция проверяла эти анкеты?

Молчание.

- Да, - словно нехотя немного спустя проговорил он.

- И?

- Роберт Шерман не заполнял анкеты.

- Вообще не заполнял? Даже когда прибыл из Англии?

- Он не останавливался в отеле.

Терпение, подумал я. Боже, дай мне терпения.

- А где?

- У друзей.

- Каких друзей?

Арне задумался. Я понимал, что он знает ответ. Понимал и то, что он, очевидно, собирается ответить. По-моему, Арне просто не мог ускорить работу своего мозга. Боже, помоги нам, тем, кто берется за расследование.

Да ведь я и сам когда-то внушал ему: "Подумай, прежде чем отвечать". Вот он и думает.

За те три месяца, когда Арне Кристиансен в Англии изучал, как работает отдел расследований Британского жокейского клуба, мы хорошо узнали друг друга. Какое-то время Арне даже жил у меня в доме, мы постоянно вместе ездили на скачки. Он задавал вопросы, слушал и моргал, когда думал. Это было три года назад. Двух минут хватило, чтобы восстановить старое доброе чувство и вспомнить о терпении. Он мне нравился. И, наверное, именно своими эксцентрическими заскоками.

- Шерман останавливался у Гуннара Холта, - наконец выдал Арне. Я ждал.

- Холт - тренер, - добавил он через десять секунд.

- Боб Шерман выступал на его лошадях? Этот детски простой вопрос погрузил его в новый длительный процесс выбора хода в мысленной шахматной партии, но не прошло и полминуты, как ход был выбран.

- Боб Шерман выступал на одной из его лошадей, которая участвовала в скачках с препятствиями, когда Боб Шерман был в Норвегии. Ja. Он не скакал на лошадях Гуннара Холта, которые участвовали в гладких скачках, а не в стипль-чезе, когда он был в Норвегии.

Боже, дай мне силы. Но Арне еще не кончил.

- Роберт Шерман работал с лошадьми на ипподроме.

- Что ты имеешь в виду? - озадаченно спросил я. Арне опять посоветовался со своим внутренним Я, которое, видимо, согласилось, что ничего страшного не произойдет, если он объяснит.

- Ипподром тоже платит некоторым иностранным жокеям, когда их приглашают в Норвегию. Это делает заезды более интересными для зрителей. Так что ипподром платил Роберту Шерману за выступление.

- Сколько организаторы скачек платили ему? Поднявшийся бриз взболтал вокруг лодки воду и напустил мелкие волны. Этот фьорд был вовсе не похож на узкие каньоны, которые изображают на открытках с надписью: "Добро пожаловать в живописную Норвегию". На широком морском просторе, окаймленном разползшимися пригородами Осло, точками торчали маленькие скалистые островки. Ближайший из них казался чертовски далеко. Прибрежный пароходик прошел в полумиле от нас, и теперь мы слегка покачивались на пущенной им волне.

- Давай вернемся, - внезапно решил я.

- Нет, нет. - У Арне не хватило терпения обдумывать такое неразумное предложение. - Они заплатили ему пятнадцать тысяч крон.

- Я замерз, - пояснил я.

- Но ведь еще не зима, - удивился Арне.

- Но уже и не лето. - Я хотел засмеяться, но от холода начал стучать зубами, и губы не слушались.

- Роберт Шерман шесть раз приезжал на скачки в Норвегию. - Арне недоуменно посмотрел вокруг, словно только здесь понял, что и вправду уже не лето. - Это был его седьмой визит.

- Послушай, Арне, расскажешь мне об этом по дороге в отель. Ух-хух-ух.

- Что случилось? - Он озабоченно поглядел на меня.

- Я не люблю глубину.

Арне непонимающе вытаращил глаза. Я вытащил из кармана замерзший палец, поболтал им в воздухе и затем показал вниз. На лице у него засветилось понимание, и обычно сжатые губы растянулись в широкую ухмылку.

- Дэйвид, прости. Для меня вода - родной дом, так же, как и снег. Прости. - Он повернулся и придвинулся к корме, потом после паузы сказал:

- Роберт Шерман мог просто переехать в Швецию. Таможня… они не ищут кроны.

- В какой машине? - спросил я.

- Ах да. - Он задумался. Немного поморгал. - Может быть, друг подвез его.

- Включи мотор, - бодрым тоном попросил я. Он пожал плечами и несколько раз покачал головой, но все же склонился над мотором и нажал нужные кнопки. Я был почти уверен, что мотор останется таким же безжизненным, как мои пальцы, но он сразу же затарахтел. Арне резко развернул лодку, и мы направились к горячему кофе и радиаторам центрального отопления.

Маленькая лодка деловито прыгала на волнах, и встречный ветер обдавал брызгами левую щеку. Я втянул голову в воротник плаща и сделался похожим на черепаху.

Рот у Арне двигался, будто он что-то говорил, но из-за шума мотора, плеска волн и закрытых воротником ушей я ничего не слышал.

- Что? - закричал я.

Он, видимо, принялся повторять сказанное, но уже громче. До меня долетали только обрывки фраз, вроде "неблагодарная свинья" и "грязный вор". Я их воспринял как личный взгляд Арне на Роберта Шермана, британского жокея-стиплера. Арне переживал плохие времена с того дня, как ему сообщили, что исчез Роберт Шерман, потому что он был не только официальным следователем Норвежского жокейского клуба, но и отвечал за безопасность на ипподроме.

Вор, как под пыхтение мотора убеждал меня Арне, нанес оскорбление, во-первых, ему и, во-вторых, Норвегии. Гостям в чужой стране не полагается воровать.

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора