Пепел стихий

Шрифт
Фон

Англия, 1190 год. Времена короля Ричарда Львиное Сердце. Аббатство Хокенли, расположенное близ городка Тонбридж на окраине великого Уилденского леса… Еще не улеглись слухи об убийствах, совершенных в окрестностях аббатства ("Лунный лик Фортуны"), как здесь снова совершаются злодеяния. На этот раз все начинается с гибели браконьера. Кто виноват в его смерти - местные жители или таинственный Лесной народ? К расследованию вновь приступают доблестный рыцарь сэр Жосс Аквинский и мудрая аббатиса Элевайз.

Содержание:

  • Элис Клэр - "Пепел стихий" 1

    • ПРЕЛЮДИЯ 1

    • СМЕРТЬ В ТРАВЕ 1

    • СМЕРТЬ В ЛЕСУ 18

    • СМЕРТЬ В ЗАЛЕ 38

  • ПРИМЕЧАНИЯ 48

Элис Клэр
"Пепел стихий"

Ричарду и Линди Хилльер,

хозяину и хозяйке нынешнего Аквина

Estuans interius

ira vehementi

in amaritudine

loquor mee menti

factus de material,

cinis elementi,

similis sum folio,

de quo ludunt venti.

Carmina Burana: cantiones profanae

Изнутри сжигаемый

Гневом небывалым,

С горечью посетовал

Я душе усталой:

"Прах стихий и пепел -

Вот мое начало.

Я несусь по ветру,

Словно листик малый".

Кармина Бурана, песня 11, "Изнутри сжигаемый…"

ПРЕЛЮДИЯ

Ссылка на карту Аббатства Хокенли и Юго-Восточной Англии:

В полночь в глубоком безмолвии леса раздался звук, которому там неоткуда было взяться.

Мужчина поднял голову и постарался сдержать хриплое, затрудненное от напряжения дыхание, чтобы прислушаться.

Подождал.

Тишина.

Поплевав на руки и готовясь вновь приняться за работу, он усмехнулся. Это все его воображение. Или, может, какая-то ночная тварь, совсем безобидная, покинула свое жилище. А его волнение плюс все эти мрачные россказни о Великом лесе довершили дело.

Покачав головой и дивясь собственной глупости, он возобновил свое занятие. Мешок уже стал приятно увесистым; еще немного, и…

Снова послышался тот же звук.

На этот раз он длился дольше.

Мужчина выпрямился. От изнурительного труда на лбу выступили капли пота; неожиданно спина похолодела, а влажная кожа покрылась мурашками. Как прозрение, в голове мелькнуло: "Не в добрый час я здесь оказался". В душе словно проснулось какое-то темное и древнее воспоминание. С мучительным страхом он осознал, что лесные заросли - неподходящее место для пребывания в полночь. Никто не отваживался ходить сюда в это время, и на то были очень веские причины.

Мужчина решительно оборвал эти страшные мысли, прежде чем они лишат его самообладания. Осторожно положил топор, которым рубил толстые корни и комель поваленного дуба, выбрался из ямы, вырытой им под величественным вековым деревом, собрался с духом и пополз, прячась в зеленом ковре стелющихся растений, в ту сторону, откуда доносился таинственный звук.

Потому что если кто-то дурачится, развлекаясь за его счет, - что ж, он даст ему понять: это совсем не смешно. А если Сиф и Юэн (проклятье на их глаза!) подкрались и следят за ним - за ним, мозгом всей затеи! - тогда он им покажет, он…

Звук стал громче, он упрямо нарастал, так что мужчина уже не мог не замечать его и не мог уверить себя, что это розыгрыш Сифа и Юэна.

Сиф и Юэн не сумели бы издать подобный звук. И вообще, с трудом верилось, что какой-либо человек был способен на это.

Мужчина остановился и замер на месте. А в тот миг, когда монотонное, странное, жуткое бормотание, казалось, подмяло и поглотило его, он перестал не только двигаться, но и думать.

…И вдруг почувствовал, что улыбается. Ах, но какая славная песня! Похоже на церковный гимн, на чудесную мелодию, исполняемую монастырским хором, только еще лучше. Словно поют ее не мужчины и женщины, а далекие холодные звезды.

Почти не осознавая, что делает, мужчина снова стал двигаться вперед. Только теперь он больше не пробирался тайком через заросли - очарованный, он подчинился призыву, который вряд ли был доступен его пониманию. Расправив плечи, высоко держа голову, он шагал мимо древних деревьев, через молодую зеленую поросль, к открытому пространству, которое видел впереди.

И вдруг остановился как вкопанный.

Широко распахнув глаза, с пересохшим ртом, он, не отрываясь, смотрел на невероятное зрелище. Полная луна сияла прямо над поляной, и место действия, словно нарочно, было залито ее ярким светом. В бесконечном изумлении мужчина водил глазами из стороны в сторону.

Раньше он никогда не верил этим россказням! Отмахивался от них, как от бестолковой болтовни глупых старух. Таких, как его родная мать. А позже - жена, что вечно пыталась отговорить его от вылазок в великий Уилденский лес, особенно по ночам. Она ворчала без остановки, пока не получала доброго тумака. Но даже когда он лупил ее - в этот, последний раз он сломал ей нос, - она продолжала бухтеть. Мол, не ходи туда, это опасно, мало ли что может случиться, а что если вдруг…

Ха! Он ей покажет! Ей и остальным! Они сразу заткнутся, когда узнают, что он тут обнаружил!

Но в любом случае, даже если в старых легендах и есть доля правды, на деле все оказалось совсем не так. Разве он не стоит здесь в эту самую минуту? Разве не видит все своими собственными глазами?

Ладно, он им растолкует! Провалиться ему на этом месте! Уж он…

Внезапно мужчина ощутил устремленный на него взгляд. Ощутил столь явственно, словно его ударили. Хвастливые мысли внезапно оборвались, и одно-единственное слово пронзило его оцепеневший разум. Оно сорвалось с уст, как вопль агонии: "НЕТ!"

Повернувшись, он помчался прочь от поляны, перепрыгивая через кусты ежевики и кочки густой жесткой травы. Он бежал, тяжело дыша, хватая ртом воздух, спотыкаясь, и слышал за спиной звуки погони.

На бегу мужчина украдкой бросил быстрый взгляд через плечо.

Никого.

Никого? Но он же слышал!

Изо всех сил напрягая мышцы ног, мужчина продолжал бежать. О Боже, но теперь ОНО - они? - казалось, было повсюду вокруг него. Бесшумно, тайком, зловеще ОНО окружало его таким ощущением угрозы, что его хриплые вздохи и всхлипывания превратились в возгласы ужаса.

И он по-прежнему никого не видел!

Сердце бешено колотилось, ноги и легкие были словно в агонии, но мужчина все подгонял и подгонял себя. Сколько он пробежал - полмили, милю? - он понятия не имел. Деревья стали тоньше. Ах, ну да, конечно! Еще чуть-чуть - еще совсем немного! - и он окажется на открытом месте - на травянистой опушке этого страшенного леса, в чистом холодном сиянии луны…

Впереди забрезжил свет. Мужчина бежал, изнемогая от отчаяния, а мир за пределами леса безмятежно спал. Когда мужчина миновал последние деревья-исполины, он даже смог увидеть крест над церковью аббатства Хокенли.

"Боже, помоги мне, Боже, помоги мне, Боже, помоги мне", - бормотал мужчина до тех пор, пока слова не потеряли смысл. Внезапно он оказался на опушке, и после темноты под кронами деревьев ему показалось, что от луны было светло, как днем.

Ах, слава Богу. СЛАВА БОГУ!

Теперь он спасен, и…

Но что это? Где-то рядом, совсем близко - тонкий свист… Ближе, еще ближе…

Боль от вонзившегося в тело дротика была сильной, но короткой. Оружие бросили с беспощадной точностью, острый наконечник пронзил сердце.

Мужчина был мертв еще до того как ударился о землю.

СМЕРТЬ В ТРАВЕ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

В маленькой комнате - рабочем кабинете и святая святых аббатисы Хокенли - Элевайз подалась вперед, чтобы вновь наполнить кружку своей гостьи.

- Могу я предложить вам еще немного? - спросила она. - Этот напиток хорошо восстанавливает силы, а я думаю, что вам…

Она запнулась. Едва ли учтиво напоминать собеседнице, что той не помешает укрепить свои силы.

- Ты имеешь в виду, что мне предстоит долгое и утомительное путешествие, а я уже далека от первого цветения юности? Ах, аббатиса, как ты права и в том, и в другом!

Женщина невесело рассмеялась и подвинула кружку.

- Да, налей мне еще. Это ваше питье восхитительно.

Облегченно вздохнув, аббатиса выполнила просьбу.

- Рецепт сестры Евфимии, - пояснила она. - Наша больничная сестра знает толк в целебных травах. Это вино она делает из бальзамника, тимьяна и меда. Оно пользуется успехом у ее пациентов.

- Не сомневаюсь.

Взглянув на аббатису, гостья продолжила:

- Я даже осмелюсь предположить, что кое-кто из них не прочь продлить свой недуг, чтобы подольше получать этот щедрый дар сестры Евфимии.

- Может быть, - согласилась Элевайз. - Хотя, честно признаться, самое любимое лекарство здесь - наша драгоценная святая вода.

- Ах да, святой источник.

Пожилая женщина вздохнула.

- Ты знаешь, сегодня утром я собиралась помолиться в Святыне Пречистой Девы Богородицы внизу, в долине. Но боюсь, у меня нет на это времени.

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора