Ближе к телу (2 стр.)

Шрифт
Фон

Прошло еще с полчаса. Горевшие до сей поры редкие фонари решили, что перетрудились, и погасли все, как один. Теперь освещением служил лишь огонек сигареты. Мне становилось просто нестерпимо холодно и, как всегда в такие моменты, очень хотелось в туалет. Не знаю уж, как выдерживал столь комфортную, прямо-таки тропическую, температуру мой нежеланный компаньон - если на мне все же была куртка, парень сидел в одном пиджаке. Привык, что в тачке тепло, светло и мухи не кусаются. Я бы на его месте давно плюнула на меня и уехала домой, в теплую постель к телевизору и к женщине. У такого мужика обязательно должна быть женщина - яркая и эффектная, как фотомодель. Он же этого делать не собирался.

Парень молча курил, изредка бросая на меня откровенно насмешливые взгляды. Для него явно не остался в тайне футбольный матч, который устроили мурашки на моей коже. Перчатки я также умудрилась забыть, что совершенно на меня не похоже. Руки уже посинели. Я чувствовала, что постепенно примерзаю к лавочке. Наконец я решилась прервать затянувшееся молчание:

- Слушай, как тебя зовут?

Он посмотрел удивленно:

- Зачем тебе?

- Ну не могу же я садиться в машину с незнакомцем, правильно? Давай хоть познакомимся, иначе я здесь закоченею.

- Да ты что? - ядовито так осведомился он. - Ты замерзла? А мне очень даже жарко…

Я погрузилась в гордое молчание. Хам!

- Пошли в машину, - решительно сказал он. - А то у тебя даже язык заморозился. А чтобы ты окончательно успокоилась - зовут меня Вадимом. Даже права показать могу, если хочешь.

- Спасибо, успокоил, - блаженно расслабляясь на сидении его шикарной тачки, съязвила я. И взяла в руки права.

Вадим Анатольевич Зимовский. Так звали моего водителя.

- Так довезешь? - спросила я.

- Тебя куда? На Большую Казачью? - ехидно осведомился Вадим. Я с яростью глянула на него - но не вылазить же обратно в холод!

- Да куда угодно, только домой, - несколько нелогично ответила я. - Я хочу спать. - И я назвала ему улицу, на которой имею счастье проживать.

Он включил зажигание, и от звука работающего двигателя стало как-то теплей.

- Тебя-то как зовут? - спросил он. Я посмотрела на него искоса, выдавила из себя улыбку.

- Полина Андреевна, - спокойно представилась я.

- Так официально? - расхохотался парень.

Наконец я узрела родные просторы своей улицы.

- Можешь высадить здесь, дальше дойду сама, - хмуро буркнула я. - Спасибо за доставку.

- Да что ты? - язвительно протянул Вадим. - И если тебя прирежут в темном закоулочке, меня потом будут мучить угрызения совести?

- Ну ладно, совестливый тип, проводи меня до квартиры. Но кофе пить не приглашу - и не надейся. А если что, здесь Казачья недалеко.

- Да что ты к этой улице несчастной прицепилась? Пошли, а кофе я и дома выпью. В компании гораздо более привлекательной, нежели твоя.

- Вот и прекрасно, - выходя из машины, обрезала я.

Когда мы наконец добрались до двери моей квартиры, в моей душе проснулось нечто похожее на совесть. Человек половину ночи провел на лавочке со мной, замерз, довез до дома и даже до квартиры проводил. Так как же я не приглашу его на чашку кофе? И прежде чем я смогла все обдумать и взвесить, язык мой - враг мой - уже выдал следующее:

- Заходи, джентльмен, кофе напою. Хоть согреешься.

Вадим опешил, посмотрел на меня своими нахально-насмешливыми глазами и вошел в квартиру, не удержавшись от замечания:

- И где ваше хваленое благоразумие, мадам? Вы впускаете в свой дом совершенно незнакомого человека.

- Ну что ж теперь делать-то? - вздохнула я.

- Это и впрямь неблагоразумно, - с откровенной насмешкой заметил Вадим. - Я же могу сделать с тобой что угодно.

- Сомневаюсь, если хочешь остаться живым и здоровым - ты будешь вести себя хорошо, - насмешливо откликнулась я, разливая по чашкам кипяток. Глаза закрывались - если честно, мне ужасно хотелось спать. Это не осталось тайной для моего гостя, и он очень быстро выпил кофе. Наверное, даже обжег язык. Но его проблемы меня как-то мало волновали.

Напоив джентльмена кофе, я проводила его до дверей и пошла спать.

Утром забрала машину из ремонта и, вернувшись домой, услышала звонок телефона. Звонила мне сестра Ольга. Она очень долго вещала что-то в трубку, потом протараторила:

- Ну все, Поленька, у меня клиентка! Вечером я приду, как и договорились!

Ольга меня уже успела утомить в течение нашей с ней получасовой беседы. Разговор получился не слишком содержательным, и я с искренним облегчением положила трубку телефона.

Ольга - моя сестра. Мы с ней совершенно разные люди, хотя и близнецы. Оленька - удивительно неприспособленное к жизни существо, все время витает где-то в облаках. Я, конечно, очень люблю сестренку - но ее характер порой выводит меня из себя. Ну да ладно.

А звонила Ольга с утра пораньше вот по какому поводу. Буквально на носу Новый год. И сестренка решила, что просто необходимо отметить его в тесном кругу семьи. Мы договорились, что Оленька приедет ко мне вечером и мы все обсудим.

Ольга - психолог, она работает на дому с моей подачи. Просто постоянное отсутствие у нее денег стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. Даже не потому, что она с завидной регулярностью просила у меня финансовой поддержки. И я предложила сестре работать на дому. Поначалу Оленька взялась за ум, но к сожалению, деньги для нее не играют роли, как говорит она сама, и клиентов стало все меньше. Если честно, я считаю, Оле просто лень заниматься делом. Ольга предпочитает отдыхать и проводить время в подлечивании своей эмоциональной ауры, как она сама говорит.

На работу мне идти еще рано, и я отправилась на кухню, собираясь приготовить что-нибудь на вечер. А работаю я в спорткомплексе, тренером по шейпингу. Толстые тетечки приходят ко мне со своей бедой - фигурой. За что готовы платить. Причем могу сказать без лишней скромности, платят мне неплохо.

Я человек достаточно аккуратный, так что проблем с готовкой у меня обычно не возникает. Но сегодня у меня не оказалось хлеба - совершенно упустила из виду и не купила вчера. И я подумала, что могу спуститься в магазин, благо, он находится на первом этаже моего дома.

Если бы я знала, к чему это приведет - обошлась бы без хлеба.

Тем не менее, я вышла из дома, набросив дубленку. Холод сразу охватил меня. Я вообще терпеть не могу зиму. Слишком уж холодно, бело и скучно.

На лавочке у входа в магазин сидел молодой парень, на вид ему было лет двадцать, не больше. Я, конечно, не питаю слабости к личностям младше меня, в отличие от Ираиды Сергеевны. К счастью, такое увлечение по наследству не передалось. Ираида Сергеевна - наша с Олей мать. Не буду вдаваться в подробности наших сложных взаимоотношений, скажу только, что роль матери в нашей жизни сыграла бабушка, Евгения Михайловна. Ираида Сергеевна же слишком занята обустройством личной жизни с молодыми людьми, среди которых попадались экземпляры даже младше ее собственных дочерей.

Но не юность молодого человека привлекла мое внимание, а его прикид - одет он был совершенно не по погоде.

Если я умудрилась замерзнуть в дубленке и зимних ботинках, то парень щеголял в джинсовой куртке, подходящей лишь для ранней осени или поздней весны. На ногах столь колоритной личности красовались кроссовки, а русая голова была коротко подстрижена. Уши покраснели, явно страдая от отсутствия головного убора. Видимо, сидел здесь молодой человек уже довольно давно. Кажется, я его даже видела с утра, выглянув из окна полюбоваться погодой. И личность эта так страдальчески смотрела на всех, входящих в магазин!

Я сначала подумала, что парень ждет кого-то. Но он казался погруженным в себя. Ничего не видящим взглядом он смотрел на морозную улицу. Казалось, холода он просто не замечал. Но, увидев меня, как-то встрепенулся и даже поднялся с лавочки. Интересно, что его заставило поступить таким образом? Может, то, что я молодая, особенно по сравнению с бабульками… Но я проследовала своей дорогой, не обращая на мальчишку никакого внимания. Я зашла в магазин, мельком глянув сквозь стекло витрины, увидела, что морозоустойчивый мальчишка снова занял свой пост на лавочке. Подойдя к прилавку, услышала радостную новость:

- Девушка, - вежливо заявили мне, - хлеб еще не привезли. Если хотите, можем предложить вчерашний.

Я решительно отказалась от такого счастья наслаждаться почерствевшим хлебом и спросила, когда же ожидать привоза. На что объемная баба ответила мне не совсем вежливо:

- Машину разгружают. Ждите.

Домой идти без хлеба не хотелось, а чесать в другой магазин хотелось еще меньше. Я и без того замерзла, а идти пришлось бы за несколько кварталов. Не выгонять же машину из гаража из-за такой мелочи! И я избрала третий вариант, беспроигрышный, на мой взгляд - посидеть на лавочке у магазина и покурить.

Я присела рядом с холодоустойчивым молодым человеком, который при моем появлении с готовностью сдвинулся к самому краю лавочки. Его уши из красных стали уже синими. Мальчишка с непонятной радостью посмотрел на меня. Я прикурила, не обращая на него внимания. И услышала жалобное такое:

- Простите, пожалуйста, а у вас сигаретки не найдется?

Голос, который может принадлежать хлипкому интеллигентику. Я повернулась и достала пачку "Мальборо", в которой оставалось две последних сигареты. Надо будет купить еще. Молодой человек взял эту отраву почти негнущимися пальцами и попытался прикурить, безрезультатно чиркая дешевой зажигалкой. Глаза его странно увлажнились. Да он никак реветь собрался! Этого мне и не хватало!

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора