Пять баксов для доктора Брауна. Книга четвертая (2 стр.)

Шрифт
Фон

Я привык иметь дело с вопросами искусства. А мой компаньон, которому - обратите на это внимание! - так же больно сознавать свою ошибку, как и вам, более по части убийств. Кто умер, когда умер, как умер, почему его похоронили так или этак - тут ему нет равных. Так же как и в заметании следов.

- Но почему коронер признался! - чуть не плакала экономка.

- Видите ли, мисс Дэрроу…

И Саммерс пустился в объяснения.

М.Р. Маллоу, сидел молча. Он мог не слушать. Он уже и так знал, что подобным образом поступают все коронеры вообще, когда кто-нибудь накладывает на себя руки, потому что в любом другом случае понадобилось бы сообщать в полицию, отправлять тело на вскрытие и добывать кучу бумаг, доказывающих, что смерть несчастной действительно явилась результатом самоубийства.

Наконец, сын похоронного церемониймейстера развел руками.

"За три года мне пришлось приводить в божеский вид четыре… пять… нет, шесть дамочек, наложивших на себя руки, - сказал он компаньону в тот вечер, когда они впервые ночевали в "Мигли". - Нет, так: пять дамочек, одна кухарка. Одна отравилась газом, пятеро - как сговорились… да, карболовая кислота. Что? Откуда мне знать, зачем? Только одна записку оставила: "Прости и забудь!" Забудет он теперь, как же!

- Но почему? - спросил тогда потрясенный М.Р. Маллоу. - Какова настоящая причина?

- Настоящая причина? Извольте, сэр. Истерика. От мелахолии. От скуки. От того, что дуры, ржавый якорь мне в корму!"

Все это молодой головорез, который, если вы помните, всегда считал, что появление женщины в жизни мужчины всегда означает страдания и скуку, объяснил экономке - стараясь быть деликатным.

Экономка не выдержала потрясения. Она заплакала.

- Ну что же вы, мисс Дэрроу! - уговаривал Д.Э., пытаясь дотянуться через стол и взять экономку за руку.

Она схватила его ладонь и спрятала в ней лицо.

- Ну, что вы? - стоя в неудобной позиции, повторял рыцарь без стыда и совести. - Ну, ничего, что он не убивал! Бывают вещи куда хуже! Ну, не плачьте.

Ему удалось проявить чудеса ловкости, подняв вторую руку и, удерживаясь в таком положении, поглаживать скорбящие седины. Экономка, всхлипывая, подняла голову.

- Ну, вот так, - он поправил ей кружевной воротник и сел. - Вот, отлично. А то развели сырость.

- Вы должны гордиться собой, - сказал Дюк. - Ведь вы все же раскрыли преступление. Мисс Дэрроу высморкалась в платок.

- Какое?

- Одно из тех преступлений, что совершались и совершаются сотнями. Оставаясь при этом, - М.Р. выдержал эффектную паузу, - безнаказанными. Мужья превращают жизнь своих жен в ад и никто никогда не уличит их, а их жертвы не скажут никому ни слова. Но я, мадам, хотел бы сделать одно замечание.

Маллоу помолчал еще немного.

- Помните, на вопрос: "Почему вы сделали это?" миссис Гонзалес все-таки ответила: "О, ничего!" Вы бы тоже так поступили, мадам. Если бы…

- …его любила! - опять зарыдала экономка.

- Именно! - подтвердил Джейк. - И наша миссис Гонзалес наложила на себя руки, как делают все - в отсутствие мужа. Которому коронер посоветовал сказать неправду, чтобы не допустить вскрытия тела. Чтобы муж мог оставить тело в доме.

- Несчастный муж, мадам, добивался не сокрытия преступления, - Дюк опустил ресницы.

- Нет, мадам.

При этом он наступил компаньону на ногу: тот начал пялиться на вазу с конфетами.

- Значит, - медленно проговорила экономка, - и он все-таки ее любил?

- Боюсь, мэм, - Джейк напоминал гранитное изваяние, - это уже не поможет миссис Гонзалес. Но ощутил раскаяние - несомненно.

Мисс Дэрроу вытирала глаза.

- А ведь не будь вы так бдительны, - продолжал сын похоронного церемониймейстера, - еще неизвестно, что могло бы оказаться на самом деле. Вы меня понимаете?

- Я вас понимаю, сэр! - прошептала экономка.

Джейк встал.

- Ну-с, компаньон, нам, похоже, пора. Спасибо, мисс Дэрроу, за ваш дивный завтрак и за то, что приютили нас в ту ночь. Бескорыстие сейчас такая редкость!

- Да, но… - спохватилась мисс Дэрроу, - почему же вам и не снимать у меня комнату? И мне было бы спокойнее.

Двое джентльменов прокашлялись.

- Мэм, - сказал Д.Э., - похоже, произошло недоразумение. Мы не сыщики.

- Хорошо, сэр.

- Мисс Дэрроу, мы действительно не сыщики.

- Да, сэр, я поняла, сэр.

- И в любом случае мы не собираемся заниматься сыском.

- Но, сэр, как же?

- Наши желания, - с горькой усмешкой заметил Д.Э. Саммерс, - не совпадают с нашими возможностями.

- Понимаю, - прошептала экономка. - Понимаю.

М.Р. поправил новый галстук.

- Мы собираемся заняться бизнесом. Volens-nolens придется затянуть пояса.

Он машинально провел рукой по новому жилету. Под жилетом находились манишка, новые подтяжки - и больше ничего. Не будь денег Форда, двое джентльменов так и носили бы летние тряпки "по вакационным ценам".

Экономка подумала.

- Вы собираетесь жить в гостинице? Но ведь у меня только немного дороже. Я могу сделать для вас скидку.

Двое джентльменов потупили очи.

- Нет, мисс Дэрроу, ничего не получится.

- Да, но… тогда где? У миссис Христодуло?

- Д-да, вероятно, - пробормотали джентльмены, - у нее.

- Или у миссис Грацци? Имейте в виду, ее стряпня прекрасно подойдет для отравлений!

- Тогда к черту миссис Грацци. Мы будем жить у этой миссис, как вы сказали, Христодуло?

- Да, миссис Христодуло.

- А где живет миссис Христодуло?

Мисс Дэрроу оглядела обоих.

- Вот что, джентльмены, - сказала она. - Я вас никуда не отпущу.

Спустя четверть часа Д.Э. Саммерс распахнул дверь комнаты. Той самой, где не так давно был обвинен в покушении.

- Сошлась головоломка? - спросил он под нос самого себя, опускаясь на свежезастланную постель. - Или нет? Ну, почти.

М.Р. Маллоу тоже вошел туда.

- Что значит уметь впаривать гражданам сомнительные штуки, - сказал он. - Великое дело - коммерция!

Коммерция действительно оказалась великим делом: комната на втором этаже прекрасного старого дома, в котором, помимо прочего, имелось еще шесть комнат, считая библиотеку, и не считая комнаты мисс Дэрроу внизу, с роскошной, просторной ванной, которую следовало только привести в порядок, с дивным чердаком, заставленным рухлядью, который только в сильный дождь давал течь, и великолепно заботливой экономкой, которая, к тому же, была отличной кухаркой. Все это - за цену, вдвое меньшую, чем остальным жильцам: пятнадцать баксов ежемесячно.

"Бам-м", - сказал поднос, который уронила внизу мисс Дэрроу.

Бедная мисс Дэрроу

Однако, следовало заняться делами. В три дня арендовали сарай на перекрестке, наняли рабочих и принялись приобретать все необходимое.

- Мистер Саммерс! - экономка всплеснула руками и отскочила, чтобы не быть задавленной. - Зачем вы тащите это в мою комнату? Что это за вещь?

- Это, мисс Дэрроу, - Д.Э. вытер лоб рукавом, - очень важная вещь.

Говорят это, он задел "важной вещью" за косяк: это была громоздкая вещь.

- Это бак для горячей воды?

Саммерс осмотрелся, выбирая место, куда поставить предмет.

- Да, мисс Дэрроу, это бак. Это специальный бак для перегонки жидкости, которой обрабатывают невидимые чернила, отпечатки пальцев и тому подобное.

- Надо же, какой большой… Но… но… но я не разрешаю!

Саммерс устроил "эту вещь", упакованную в брезент, за дверью, проверил, можно ли после этого протиснуться в комнату, и выпрямился.

- Мисс Дэрроу, это стоило нам страшных денег. У нас в офисе орудуют рабочие. Маллоу пригласил к ужину барышень - думают танцевать в гостиной матчиш. Тащить наверх по лестнице - одному тяжело. Мэм, ну не ругайтесь, правда, только ненадолго!

- Так уберите это куда-нибудь! Не могу же я спать с этой вещью!

- В гостиной курят жильцы. Кстати, вы, надеюсь, не курите?

- Как вы могли такое… а почему вы спрашиваете?

- Чтобы оно не взорвалось, разумеется. Иначе вы останетесь не только без платы за комнату.

Пока экономка с трудом приходила в себя, ее настигла другая ужасная мысль.

- Но Господи Иисусе! В гостиной - матчиш! В моей гостиной!

- Я говорил ему.

- А он?

- Сказал: "Не могут же они танцевать в нашей комнате!" Мисс Дэрроу! Куда вы?

- К вашему офису. Сказать вашему другу, что не желаю, чтобы в моей гостиной танцевали матчиш!

- Я скажу им, чтобы танцевали вальс! Не сердитесь!

- Но моя гостиная! Что скажут жильцы!

- Кстати: а кто у нас жильцы? Я только видел пожилого джентльмена. Он вскочил в уборную у меня перед носом.

- Это мистер Спарклз, нотариус. Не сердитесь на него, он лечится электричеством.

- А второй? Он, что, невидимка?

- Мистер Мацумага - секретарь страхового общества. Он уже две недели, как уехал по делам ложи.

- Какой ложи?

- Только никому не говорите. Общества "Преданность № 120".

- Что же он там делает?

- Не имею представления.

- А когда он вернется?

- Этого никто не знает.

- Как? - оторопел Саммерс.

- Что же вы хотите - тайное общество! - мисс Дэрроу с достоинством одернула фартук. - В городе их шесть, и испокон века никто не знает, чем они занимаются!

Шрифт
Фон
Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке