Выстрел

Тема

Эйв Дэвидсон

Пер. - М.Кондратьев.

В той части нашей страны, где вечер наступает "после полудня", а фейерверк устраивают раз в год, на 25 декабря, есть провинциальный окружной центр, в котором можно увидеть большую, покрытую белой краской постройку, фасад которой украшает надпись:

ДЖЕЙМС КАЛВИН "ДЖЕЙСИ" УИЛЬЯМ

БАКАЛЕЙНАЯ ТОРГОВЛЯ ЗА НАЛИЧНЫЕ

Уильям также владеет большей из двух хлопкоочистительных машин, автомобильным агентством, единственной приличной гостиницей, продуктовой биржей и немалым количеством коммерческих предприятий, а заодно кое-какой недвижимостью. Но было бы ошибкой предположить, что он "владеет городом". Город принадлежит всем, кто в нем проживает, а его жители - гордые и независимые люди. Они выбрали Джеймса Уильяма своим мэром и намерены выдвинуть его на пост сенатора штата либо окружного судьи - по его выбору, но не потому, что многие работают на него, а потому что они любят и уважают Уильяма. Никто не завидует его успеху. Люди чувствуют, что он заслужил его своей тяжелой работой.

Дом мистера Уильяма находится неподалеку от его конторы, а его жена, двое дочерей и повар всегда рады сварить ему чашку кофе перед полуднем. Впрочем, обычно мистер Уильям посещал с этой целью кафе Тэрбифулла на противоположной стороне улицы. В утро, о котором идет речь, он немного постоял у двери, чтобы поболтать с хозяином кафе. Когда Уильям наконец уселся на табурет, человек за стойкой уже налил ему кофе. Попробовав напиток, Уильям нашел, что тот вполне соответствует его вкусу.

- Вижу, тебе уже сообщили, что мне нравится, - заметил он буфетчику.

- Так точно, сэр, они и впрямь сказали мне, - проговорил мужчина, чуть улыбаясь. У него было красное помятое лицо и довольно кривая улыбка.

Рядом с Уильямом уселся тощий посетитель с лукавой физиономией и седыми волосами.

- Ты уже решился, Джейси? - спросил он. - Будет ли это "сенатор" Уильям или "судья" Уильям?

Это был шериф Том Уиллер, хороший старик, но болтун по натуре.

- Ты узнаешь об этом первым... - Уильям отпил глоток кофе. - Только дело в том, что мне не хочется торчать в столице штата. Ведь я старый деревенский трудяга.

Шериф заказал сладкое молоко и пирог.

- Законодатели собираются лишь раз в пару лет, - заметил он, после чего они продолжали обсуждать этот вопрос, пока не покончили с завтраком и напитками.

У двери Уильям помедлил и спросил у шерифа и хозяина кафе:

- Кто этот новый буфетчик? Кажется, я где-то встречал его раньше.

Оба покачали головами. На другом конце зала буфетчик запел, нарезая сыр:

Есть на небе Божье Око,

то, что видит всех насквозь...

Мужчины улыбнулись, Тэрбифулл потер тяжелый подбородок и пробормотал:

- По-моему, он чуток простоват. Но он хорошо работает. Звать его Джемми, а привел его вчера наш проповедник.

- Он поет гимны, как настоящий святоша, - кивнул Уильям. - Ну, пока.

Пересекая улицу, он не мог избавиться от мысли, что где-то встречал этого человека.

Мистер Джейси - так звали его все, включая жену, - не был уроженцем города (вернее, поселка) Калхоун. Он прибыл сюда лет тридцать тому назад из другой части штата с пятью тысячами долларов. Джейси купил лицензию на торговлю тракторами и маленькую ферму. Местные фермеры тогда все еще предпочитали мулов, но успех Джейси Уильяма убедил многих из них попробовать трактора. Он так и не упустил удачу, хотя в годы депрессии нередко еле сводил концы с концами.

Но все это было в прошлом, а он редко говорил о прошлом. Жителям Калхоуна было известно о его ранней жизни только то, что он вырос на ферме и побывал на первой мировой войне, хотя она закончилась прежде, чем Уильям отправился за океан. На параде в День памяти союзных войск он щеголял в форме местной организации ветеранов. Единственный родной брат Уильяма умер несколько лет назад, и он уезжал на его похороны. Но вообще-то Джейси редко покидал округ.

По утрам, за чашкой кофе у Тэрбифулла, его беспокоили слабые, но настойчивые отголоски воспоминаний, когда он смотрел на буфетчика или слышал, как тот пел:

Господь, единственный мой пастырь,

благослови мой путь домой,

Веди меня в зеленые долины,

где осенит меня покой...

Однажды Джемми, заваривая кофе с обычной для него кривой улыбкой, обратился к Джейси.

- Ваши девочки, мистер Уильям, - сказал он, - показались мне сегодня утром парой ангелочков, когда малютки садились в автобус до Трех Родников. Должно быть, они очень гордятся своим отцом, которого непременно назначат большим начальником.

Джейси решился: он будет баллотироваться на должность окружного судьи. Ведь, как полушутливо заметили его друзья, Гарри Трумэн тоже был окружным судьей, прежде чем стал сенатором - не говоря уже о достижении более высокого поста.

- Я тоже горжусь ими, - с улыбкой поделился Джейси и, продолжая изучать взглядом буфетчика, застенчиво опустившего глаза, спросил: - А ты, случаем, не боксируешь, Джемми?

Буфетчик кашлянул, и на вопрос ответил шериф Уилер, поставивший на стойку стакан сладкого молока.

- Следы на его лице оставлены не боксерами, - пояснил шериф. - Это поработали охранники в тюрьме штата, верно?

Буфетчик кивнул. Его улыбка не изменилась.

- В те времена я строил из себя крутого парня, - сказал он. - Но полицейские были еще круче. - Он усмехнулся, будто вспоминая добрую шутку.

- Джемми освободил досрочно старый губернатор Анструтер, - продолжал шериф. - За то, что тот помог потушить большой пожар в тюрьме...

Джейси кивнул и сказал, что помнит тот большой пожар.

- И за то, что он вытащил троих охранников, потерявших сознание от дыма.

Уильям снова понимающе кивнул.

- То-то твое лицо показалось мне знакомым, - сказал он наконец Джемми. - Наверное, я видел его тогда в газетах.

- В молодости я был не прочь побузить, - равнодушно произнес бывший заключенный, и в глазах у него промелькнул странный огонек. - Быть может, женись я тогда и остепенись - и у меня теперь была бы славная семья, как у вас, мистер Джейси.

Их глаза встретились, и буфетчик продолжал, не опуская взгляда:

- Конечно, если бы я вначале женился, а потом попал в беду, дети стыдились бы меня... Ну а вашим детишкам, мистер Джейси, и вовсе нечего стыдиться за отца.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке