Маленькая ведьма

Тема

Валерий Иващенко

Моей дочери, из споров с которой и родился этот роман, посвящается.

Часть первая. Пустоцвет.

- Проснись, Сопля - пора!

Тихий шёпот под сводами полуразваленного здания привёл к тому диковинному результату, что груда истлевшего тряпья в самом тёмном углу зашевелилась. Это продолжалось некоторое время, пока в почти полностью сгустившиеся сумерки оттуда не выбрались две щуплые, одетые в рваные лохмотья фигурки. Та, что чуть рослее и помассивнее, откликающаяся на столь лихую кличку, потянулась. Зевнула со вкусом и, встряхнувшись словно собака - будто отгоняя от себя сон, навеянный под тёплой кучей тряпок - скользнула к окну.

- Линн, да рано совсем - вон, вторая стража ещё не сменилась.

Другой обитатель городских трущоб только презрительно фыркнул в ответ. Чуть поменьше и даже вроде бы поизящнее, с той прирождённой грацией, столь необходимой танцору и фехтовальщику, которую невозможно было не заметить даже в потёмках, он тоже прильнул к замызганному подобию подоконника, огляделся и даже принюхался к ещё холодному воздуху весенней ночи.

- Чушь всё собачья, что Упырь придумал - погорим в два счёта. А потому слушай сюда…

Сопля хмуро и недоверчиво слушал негромкий шёпот, время от времени почёсываясь и шмыгая вечно сопатым носом - словно оправдывая свою кличку.

- Слышь, Линн, ты это тово… лихо придумала. А как через крышу - там же фонарь? Да и верёвку туда не закинуть - высоко.

- Ты, дубина, про мою Синди забыл. Зря я что ли, дрессировала её цельными днями, когда работы не было? - и с этими словами оказавшаяся девчонкой Линн заботливо вынула из-под своих лохмотьев дрорду.

Почуяв холодный воздух, маленькая сородичка великих драконов - несравненно меньшая, но такая же царапучая и агрессивная - недовольно пискнула. Так же, как и её большие собратья, самочка дрорды умела плеваться огнём, и тоже отличалась недюжинной сообразительностью. Красивого цвета старой, чуть позеленевшей но ещё блестящей бронзы, Синди встрепенулась, для порядку легонько цапнула хозяйку за палец и своенравно вскарабкалась по рукаву на плечо. Рассевшись на привычном месте, дрорда хамски зашипела на Соплю, широко разевая маленькую пасть с острыми зубками.

Тот отшатнулся от неожиданности, но Линн уже достала и всучила ему другой предмет - это оказалась бухточка тонкой, но прочной верёвки с завязанными через некоторые промежутки узелками и лёгким крюком на одном конце.

- Ну, ты вааще… - восхищённо заметил Сопля, разглядывая оснастку - и вновь шмыгнул носом.

Тем временем Линн снова порылась под лохмотьями, и в неверном свете из проёма из-под одежды появилась половинка почти совсем свежей лепёшки. Девчонка бодро сжевала её - причём рыбная начинка досталась оживившейся и явно обрадовавшейся Синди - а затем вытерла ладошки о себя. Напарник тоже подкрепился ломтем хлеба с тонкой полоской вяленого мяса и даже оказался столь щедр, что поделился с Линн парой глотков воды из предусмотрительно припасённой бутылки.

С далёкой башни ратуши донеслось одиннадцать ударов колокола.

- Пошли? - озабоченно просипел Сопля.

Девчонка кивнула, и пара сорванцов неслышно выскользнула из укрытия наружу. Они привычно петляли по самым тёмным местам улицы - она специально была сделана зигзагами, чтобы не давать разгона и простора вражеской коннице, буде такая ворвётся в город. А в многотысячелетней и весьма бурной истории Сарнолла такое бывало не раз. Дважды его вообще отстраивали из руин, лет пять он даже был столицей самозваного короля Фалерна - в прошлом веке. И то - город весьма велик. Он раскинулся в устье Изели по обоим берегам - удобное место на пути с гор в леса, и к тому же великолепный порт.

Многие бароны и соседи жадно да алчно поглядывали на Сарнолл, и многажды он менял покровителей. Его грабили и жгли, облагали данью и непосильными налогами - но люди упрямо жили и умирали в великом древнем городе. Тем более что Мост - последнее творение почившего в истории Ковена Магов - по-прежнему стоял незыблемо, соединяя оба берега своей несокрушимой каменной громадой.

Туда-то и держали путь двое малолетних правонарушителей - а в том, что это были именно они, не возникло бы ни малейшего сомнения у обывателя или стражника, если бы они оказались настолько тупы, чтобы сунуться в этот квартал в такое время. Лет обоим по пятнадцать, юркие и не ведающие ещё о безносой, не знающие страхов и сомнений, они миновали без приключений и трущобы, и кварталы работного люда - ведь Сарнолл славился не только хорошим местом, но и своими мастерами.

И лишь на подходах к мосту, где площадь Тэрнака изрыгает из себя широкую и тянущуюся на ту сторону, в чистую половину, улицу Старого Короля - в заросшем буйной сиренью скверике, выходящем на величественное здание Белого Банка, Сопля чуть не вывалился из кустов прямо на городской патруль. Служаки тихо сидели на скамье под густой и делавшей их почти не видимыми акацией и с немалой сноровкой, делавшей им честь, употребляли "для поднятия духа".

Востроглазая Линн вовремя дёрнула напарника назад, одновременно с этим делая ещё две вещи - подсекая его под коленку, чтобы тот как можно быстрее и тише опустился на землю, и швыряя вперёд-вверх свою подругу Синди. Та весьма небезуспешно изобразила из себя случайно переполошившуюся птицу, ибо размерами хоть и превосходила воробья, но с вороной потягаться на равных без огня никак не могла.

Шумно захлопав крыльями и кувыркаясь от броска бесцеремонно запустившей её в полёт ладони, дрорда почти сразу выправила своё скольжение и, скрывшись в тени, описала за деревьями круг. Неслышно подлетев сзади, она тихо пощёлкала челюстями, фыркнула что-то негодующее на ухо, и снова привычно уселась на плече хозяйки.

- Умница, Синди. - еле слышно выдохнула Линн, и расслабилась - стражники захохотали во весь голос над какой-то своей замысловатой солёной шуткой и на заполошную ночную птицу обратили внимания не больше, нежели она того заслуживала.

Наконец, сброд, из которого только и состояли эти якобы рьяные ревнители порядка, поднялся на ноги. Подобрав железо, солдаты бодро потопали по булыжнику дальше - через площадь, к кварталу кузнецов.

А приободрившаяся девчонка пребольно ткнула сконфуженного напарника под рёбра, ещё и кулачком пригрозила. Обычно доставалось наоборот, как раз ей. Но сейчас сплоховал Сопля, и потому в ответ он лишь замахнулся для острастки.

Вновь двое потянулись к своей не видимой пока цели. Под телегой рыбаков, спешащих доставить вечерний улов в гостиницы и дворянские дома, чтобы господа поутру могли полакомиться свежей рыбкой - они благополучно миновали залитую лунным светом площадь и наконец добрались до Моста.

Сооружение сие заслуживает отдельного рассказа - настолько оно величественное, огромное и древнее. Шириной раза в три более проезжей части, всё изъязвлённое какими-то выступами, грандиозными статуями да отнорками в самых неожиданных местах, оно давно уже завоевало статус отдельного квартала. И то сказать - длиной мало не в лигу, напичканный магией до последнего камня Мост несокрушимо стоял уже третье столетие, давая приют части многочисленного городского населения.

Здесь, в спрятавшихся от нескромных взоров хибарах и отгороженных закоулках рождались, жили и умирали многие поколения людей. Здесь были забегаловки, ночлежки, и даже старьёвщик Пьяттро открыл тут своё дело. А под гранитным барельефом, посвящённым стёршейся из людской памяти битве, за узким лазом скрывалась целая гильдия - попрошаек и нищих. Между прочим - не самая презренная и отнюдь не самая бедная гильдия.

Однако всё это разнообразие мало трогало Линн, когда она по внешнему парапету с ловкостью никогда не виданной горной козы - просто ходило в языке такое сравнение - миновала патрулировавшийся въезд на мост. Сопля чуть не расцарапал руку о край одной из составляющих сооружение глыб, за что и получил ещё одну награду - полновесный, поскольку крыться нужды больше не было, подзатыльник.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке