Гоблин

Тема

Вадим Денисов

Плохо, что ли, кто так скажет, ну-ка? Вот и я считаю, что ништяк. Да и девчуля завздыхала, голову на плечико положила. Или вот это, для летнего детского лагеря, от всей души писал, патриотическое, на торжественную линейку:

Здесь, конечно, приврал слегонца, не без этого, никакого такого «Печенега» у меня нет, только ПКМ, так ведь это мелочь!

Мои напарники до сих пор хрюкают. Ненавижу, когда люди глаза отводят со смешками. Обидно. Проще не писать. А Кастет, между прочим, вообще ни одного стиха не написал!

Короче, один Демченко понял. Посоветовал отвлечься от рифмы и перейти на прозу, говорит, к твоей натуре такое приложится органичней. Для начала посоветовал опробовать короткую форму, набить на ноутбуке что-то типа рассказа там или очерка. Или репортажа, черт их различает, эти формы-жанры, не пацанское дело…

Но с одним условием: чтобы без тупизмов и с минимумом веселой солдатской шутки.

Сразу скажу, что это будет всего одна довольно короткая история из жизни группы, одна из… Из скольких? Сам не знаю, не считал. Есть гораздо интересней, но я выбрал именно эту из-за места действия — уж очень оно необычное. Да и операция не из секретных, теперь можно.

Так что все, парни, соберитесь в кучу, текст будет нормальный. Я клятвенно пообещал Сереге рассказывать все предельно серьезно, без лишних приколов и без байды пустой, по-взрослому. Иначе, говорит, не приму такое в печать, дружбан, называется.

Ну, что… Сказал А, говори Б! А в печать я, ребята, очень хочу попасть, если честно. Мне вообще нравится эта затея — истории от очевидцев событий, первых авторов уже почитал. Многие теперь пишут всякую хрень в эти «Хроники Замка». Так что и я попробую. Главное, как подсказал мне добрый дядька Дугин, писать дисциплинированно, системно, чтобы каждый день и через не могу. Трудно будет, потому что тренировка нужна, привычка. Можно еще и дневник вести.

С дисциплиной у меня все нормально, отвечаю. Я уже забыл, сколько лет соблюдаю жесткое правило: полчаса перед сном выделять время для книжки. В рейды с собой покетбуки таскаю. Мужики поначалу смеялись, а потом Кастет у меня начал просить почитать, вы поняли? А я ему — хрен! Растреплешь все, говорю, своими лапами, они же нежные, клееные! Вот так… Много читаю.

Приятно бывает культурную мину подорвать, неожиданно выкатив распонтованному собеседнику в кабаке что-нибудь литературное, например: «Слышь, ты, мерин пупыристый, читал Джона Стейнбека „Путешествие с Чарли в поисках Америки“, а?» Он еще минуту назад передо мной стоху гнул, показывая, какой крутой, а теперь вон сидит молча, хлопает глазками, рот открыв. А я таким книжным способом борюсь с желанием физически внести ему аргумент непосредственно в дыню. Кстати, после чтения всегда пятнадцать минут боксирую. По всем точкам груши висят, в поле — по березе или иве, они амортизируют.

Значит, так, сперва я сам текст вычитаю раз пять, а потом Костя поможет выровнять косячное. Он уже заявил, что будет нещадно резать быдлячье и жаргонизмы гопоты, мол, не дам тебе превратить правдивую историю про сталкеров высшей категории в энциклопедию блатной фени и уральской гопнической бакланки. Ну, посмотрим, что из этого получится, надеюсь, все он не вырежет, это же определенный шарм, стиль. А я пацан шармовый.

Думаю, что книжка сладится, как нужно.

Но предупреждаю: смеяться не надо. Не надо.

Не люблю.

ГЛАВА 1

КРИВО ВСЕ КАК-ТО

Машина тонула.

Падла! Да она словно сама нырнула! Тонула не очень быстро, но неотвратимо, настойчиво, как начавший нагреваться утюг, поставленный на восковую плиту. Видели когда-нибудь? А я видел в профилактории.

И мне почему-то сразу стало ясно: ничего мы тут не сделаем.

— Шевелись, лосяра! Лесину тащи, резвей! — заорал мне Кастет, и я, быстро крутанув головой по сторонам, прыжками помчался к стене деревьев. Настоящий лес был всего с двух сторон: справа и позади от нас. По кругу — высокие кусты, густые, колючие, местами без мачете и не пролезешь. А впереди, под хмарью серого неба, на почти круглой травяной поляне, плоской, как блин, сыто булькало жерло болотины, где поселилось замаскировавшееся чудовище. Что за местность, сплошной обман…

— Что делать-то, Костян?! — крикнул от деревьев.

— А я знаю? — громко огрызнулся комсталк, один за другим отдирая ремни крепления кофра, от грязи присохшие к скобам.

Нормально! И кто тогда знает?

— Работай! — отчаянно взвыл Лунев, ломая ногти о последний замок.

Нервы дрожали так, что я сходу, как карандаш, переломил приличного размера деревце, похожее на иву: затрещало почти у самого комля. Во что псих в теле творит!

Как это верное палево можно было не заметить, спросите вы меня? Да запросто! Ядовитого цвета болотце, обманчиво слившееся по краям с обычной зеленой травой, словно специально тут поставлено капканом для торопыг. Четкая круговая линия, сейчас-то ее уже хорошо видно, как обрез по диаметру! На ближнем краю трясины из зелени мха еще высовываются задние колеса экспедиционного «виллиса».

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке